Буфетчица наклонилась и трясущимися руками принялась собирать купюры. В этот момент следователь Паршин, стоя в центре зала ожидания, перевел взгляд на стеклянную стену буфета и увидел там Вдовина. Он мгновенно оценил ситуацию и поспешил к буфету.
Заметив движение, Вдовин оглянулся.
– Проваливай дядя, буфет закрыт, – грубо произнес он.
– С какой стати? – спокойно ответил Паршин. – Судя по табличке, буфет работает круглосуточно, а обеденный перерыв только в двенадцать часов.
– Закрыто, тебе сказано! – нетерпеливо повторил Вдовин. – Технический перерыв. Не видишь, деньги считаем?
– А почему вывеску не повесили? – притворно возмутился Паршин. – Если в заведении общепита технический перерыв, вы обязаны вывесить табличку, до которого часа будет закрыто.
И, не обращая внимания на Вдовина, перешагнул порог. В этот момент Вдовин опустил взгляд и удивленно уставился на форменные брюки вошедшего.
– Мент? – выдохнул он. – Вот падла!
– Не нужно нервничать, – произнес капитан. – Отпусти женщину, поговорим.
– Стой где стоишь! – прикрикнул Вдовин и выставил вперед руку с ножом.
– Ах вот оно что, – протянул Паршин. – Поживиться решил. Прямо скажем, глупо.
– Помогите! – вдруг запричитала буфетчица. – Помогите!
– Заткнись, сука! – выругался Вдовин и снов ткнул ее ножом в бок, сильно и глубоко. – Он тебе не поможет, а вот я могу. Соберешь деньги – останешься живая.
– Не делай глупостей, Вдовин. – Паршин старался говорить ровным голосом. – Отпусти женщину, и я дам тебе забрать деньги.
– Как бы не так! С такими, как ты, я не договариваюсь! – выкрикнул Вдовин, и Паршин заметил, как расширились у него зрачки.
– Хорошо, договариваться не будем. Просто отпусти ее, – напирал Паршин. – Тебе повезло, я здесь главный. В моей власти все остановить. Отпусти женщину, и я отдам приказ снять кордоны. Ты спокойно уберешься отсюда с кучей денег.
Вдовин задумался. Паршин наблюдал, как по бедру буфетчицы течет струйка крови. На полу возле ее ног уже скопилась приличная лужица, лицо женщины побледнело, взгляд стал мутный.
«Еще немного, и она потеряет сознание, а если все затянется, может и умереть от потери крови, – размышлял Паршин. – Где же этот чертов патруль? Они что, все разом в сортир ушли?»
Краем глаза он обшаривал зал ожидания. Сквозь стеклянную стену он был как на ладони, но ни одного оперативника поблизости не было.
– Давай, сука, выкладывай деньги на прилавок. – Вдовин рывком поднял буфетчицу, та снова застонала и высыпала собранные с пола деньги на прилавок. Но ему показалось мало, и он снова ткнул буфетчицу ножом в бок. – Еще есть?
– Только в кассе, – прошептала буфетчица. – Больше мы нигде не храним.
– Ты мне не врешь? – Вдовин прищурился. – Тот, кто мне врал, быстро свой конец встретил. Спроси вон у мента.
Ответить Паршин не успел. В боковом проеме, ведущем в подсобное помещение, открылась дверь, и оттуда вышел милиционер в форме.
– Галинка, ты чего не отзываешься? Сегодня велели быть начеку, какого-то зэка ловят, а ты дверь держишь нараспа…
Последнее слово застряло у него в горле. Взгляд мгновенно охватил картину: буфетчица, истекающая кровью, незнакомец, прижимающий ее к себе, деньги, разбросанные по прилавку, и человек в штатском, загораживающий собой дверной проем. В следующее мгновение милиционер потянулся к кобуре и выхватил пистолет, но за долю секунды до этого Вдовин метнулся к нему и с силой ударил ножом в грудь. Милиционер дернулся, словно наткнулся на стену, затем опустил глаза вниз. Пару секунд он смотрел на рукоятку ножа, торчащую из груди, на алое пятно, медленно растекающееся по одежде, затем поднял взгляд на Вдовина и в недоумении произнес:
– Ты что, убил меня?
Вдовин не ответил. Вместо этого он рванул из ослабевшей руки милиционера пистолет.
«Он забрал пистолет! Нельзя его упустить! – пронеслось в голове следователя.
В три прыжка он преодолел расстояние от двери до прилавка и потянулся к Вдовину. Но тут буфетчица громко взвизгнула и начала оседать, Паршин метнулся в сторону и подхватил раненую женщину. Та обмякла и потеряла сознание. Паршин уложил ее на пол и бросился на Вдовина. Но тот ловким движением поднырнул милиционеру под руку и толкнул его на Паршина. Капитан перехватил падающее тело, опустил его на пол и бросился за Вдовиным. А тот уже мчался к выходу по коридору подсобного помещения.
– Внимание всем! Подозреваемый находится в здании вокзала, северное крыло, буфетная зона! Он прорывается к служебному выходу! Кто патрулирует этот квадрат, будьте внимательны, преступник вооружен! – прокричал Паршин в рацию на ходу.
Он выбежал из служебного входа и огляделся. Вдовин как сквозь землю провалился. Со стороны перрона к нему спешили старлей Валеев и стажер Сидоркин. Паршин дождался, пока они поравняются с ним, и быстро отдал распоряжение:
– Сидоркин – в буфет. Вызывай «Скорую». Там сотрудник милиции и буфетчица, оба – колотые раны. Головой за них отвечаешь, Коля!
– Понял, товарищ капитан, – выдохнул Сидоркин и скрылся в дверном проеме подсобки.
– Куда теперь? – насторожился Валеев.
