что-то внутри Максима слегка кольнуло – то была юношеская безосновательная ревность от неуверенности в себе и непринятии партнера с его прошлым, пусть даже оно и не рассказано. лишь со временем ему придет осознание, что эти истории, из прошлого, совершенно ничего не значат. то были другие люди, другие места и другие времена. другие обстоятельства. он и сам был другим. но сейчас, еще неопытный, неуверенный в себе, а от того ревнивый, он всячески старался скрыть приливавшую к его лицу кровь. лицо медленно багровело, вена с правой стороны шеи вздулась так, что если бы Даша лежала не слева, а с другой стороны, непременно бы ее увидела, ведь ее голова лежала на груди Максима последние пару минут, еще до начала разговора про наручники.
– что-то не так? – спросила она.
вопрос был неуместным, она это прекрасно понимала, но не могла не удержаться в силу женской любви к колкостям, которые они могут позволить себе отпустить при новых мужчинах, которые появляются в их жизни. это своего рода проверка на выдержку, проверка исключительно для одной единственной цели, преследуемой большинством – возможность терпеть капризы периода менструации и беременности. мало кто из девушек отдает себе в этом отчет, но абсолютно все пытаются проверить партнеров в этом. но сейчас, задавая этот вопрос, Даша не знала о ее сути, о первобытных инстинктах, зарождающихся в ее разуме помимо ее воли. ей была интересна реакция лишь по одной простой причине – узнать насколько он заврался самому себе в тщетных попытках доказать, что куда опытнее, чем есть на самом деле. она повторила вопрос и провела своим острым ноготком левой руки по солнечному сплетению и ниже, остановив его на правой стороне выделявшейся части тазобедренной кости Максима, которая ей так нравилась.
– я думал использовать ремень, – соврал он без колебаний в голосе, но ответил столь четко и моментально после вопроса, что не сам тон его голоса, не содержание, а только подача подтвердила мысли Даши о его вранье. она слегка улыбнулась. улыбнулась ровно настолько, чтобы ее прелестная кожа на лице, цвета полной луны, не потревожила Максима. ведь каждый чувствует, когда второй улыбается в моменты физической близости.
– в следующий раз решим, а теперь давай спать.
они так и уснули, не одевшись. дверь, никогда не закрываемая на ключ, была и в этот раз не закрыта. Максим ночью проснулся, оделся и вышел в ближайший магазин. он купил пиво и пачку сигарет, оставив предыдущую в комнате, из которой тихо выкрался на пятнадцать минут. что-то непреодолимое тянуло его на улицу. в магазине возле дома, в котором круглосуточно продавали алкоголь не смотря на запрет, он попросил пачку легких сигарет любимой марки его давней подруги, которая всегда их курила. когда их не оказалось, он взял другие, но крепкие. на удивление сотрудника магазина, он ничего не ответил. хотелось скорее утолить жажду, которая мучала его с самого вечера. после секса всегда сохнет во рту, а он еще так и не приучил себя ставить рядом стакан воды. не привычный к алкоголю, он захмелел к середине бутылки. ноги требовали отправиться дальше, но голова начинала идти кругом, так что он заставил себя вернуться и поставил бутылку возле не законченной картины, на которой были изображены с танце разноцветные девушки, являющиеся воплощениями эмоций. в квартиру он попал ключом, взяв его со стола Даши перед выходом. наутро она не удивилась, увидев на половину пустую бутылку пива на столе. она лишь подумала, что он сделал это специально, для того, чтобы выдать себя за утолителя сиюминутных страстей. Максим же ни о чем таком не думал, он просто захотел пиво посреди ночи. утром он наспех оделся и, не позавтракав (ему не предлагали, а он не смел просить), вышел. Даша закрыла за ним дверь и села на табурет возле на подоконник на кухне, закурив сигарету.
– он знает? – спросила Алиса.
– что? – будто не понимая спросила Даша.
– выглядишь уставшей. – Алиса сразу поняла, что эту тему продолжать не стоит, ведь смена разговора от собеседницы давала ясно понять, что эта тема исчерпана. будучи от природа наделенной чуткостью и умением расположить к себе других, Алиса всегда пользовалась первым и никогда не злоупотребляла вторым. – вы так и не ложились?
– ложились, но состояние паршивое. как катком по мне проехали.
– Максим? – удивленно, почти вскричала Алиса. – а с виду не скажешь.
– если бы, – усмехнулась Даша, – я ж таблетки пить перестала, настроение скачет. вчера даже ебаться не хотелось, а он и слова не сказал, сразу начал целовать и раздевать.
– и ты поддалась, – закончила за нее та, кого единственной из всех Даша могла назвать подругой. они жили в соседних комнатах уже полгода, но общаться начали спустя лишь два месяца, после переезда Алисы с другой квартиры.
