Она поразила своими необычайно большими размерами. По прикидке Тамары на ней спокойно разместилось бы человек семь. На кровать волнами с потолка спускался воздушный сиреневый балдахин, а ложе было укрыто красивым нежно-сиреневым покрывалом. Ткань балдахина под действием легкого ветерка кондиционера чуть заметно колыхалась, а маленькие хрусталики великолепной люстры слегка позвякивали. Ноги Тамары утонули в мягком ворсе ковра, который имел какой-то необыкновенный арабский орнамент тоже с вкраплением сиреневого цвета. Откуда-то лилась приглушенная музыка, которая обволакивала необычайно мелодичными звуками, потом зажурчал водопад, запели птички… Повсюду: на тумбе, столе, полу, окне – в красивых вазах стояли огромные букеты темно-вишнёвых роз. Из оцепенения ее вывел голос, прозвучавший с ехидцей сзади: « Маня, здесь что-то не так?»
Она ничего не ответила, стояла молча, завороженная неописуемой красотой и любуясь увиденным… Потом наклонилась к хрустальной вазе размером с ведро, стоящей на полу рядом с кроватью, сорвала несколько бутонов и откинув покрывало, рассыпала лепестки на шелковую простыню отделанную бледно-сиреневыми кружевами. Аромат от свежих цветов стоял в спальне необыкновенный, и у нее от этого чудесного аромата, сказочной красоты, плохое настроение куда-то улетучилось…
Теперь не все казалось так уж ужасно, а даже, наоборот, очень хорошо, что так произошло, что рассталась с предателем Виталиком, а в экономическом плане от сделки даже выиграла. У девушки стала проходить обида и злость на Леонида Павловича…
«А он молодец, оказался не жмотом. Сколько денег истратил на одни только розы, чтобы красиво подготовиться к встрече со мной», – подумала она, и внезапно возникло желание провести в этой чудесной обстановке, такую же незабываемую ночь. Одно плавно переплелось с другим. «Лови момент и наслаждайся жизнью! – приказала она себе мысленно, – когда еще в своей жизни попадешь в такую красоту. Да никогда!»
Кровь прилила к лицу в организм пошел мощный выброс эстрогенов и прилив желания накрыл ее с головой. Она подошла к Леониду Павловичу, обвила его шею руками и в знак благодарности страстно поцеловала в губы. Прижавшись к нему, Тамара почувствовала, что он уже тут -же возбудился, а его рот стал жестким и властным. Когда их губы слились, не отрываясь от него, Тамара начала расстегивать пуговицы на его рубашке. С первых минут их объятий она поняла, что он жестко навязывает ей свою линию поведения, хочет быть доминатом любовной игры, и она легко подчинилась.
«Хорошо, я подчинюсь, и пусть будет так, как ты хочешь. Но скоро это закончится, а когда попадёшься на крючок, я сделаю так, как этого хочу я».
Оказавшись в постели, она дала ему именно то, что он желал получить. После первого раза он открыл глаза, она прочитала в них удивление и восторг. « Ха, не такой уж ты и продвитутый в постели, а у меня есть чем тебя удивить…»
Он решил передохнуть и попытался откатиться от нее на другую сторону кровати, но Тамара на половине пути поймала его. Теперь она решила не идти у него на поводу, а отдаться полностью своей страсти, которая бушевала в ней словно вулкан. Она взялась за него снова, заставив потерять голову и отключить мозги… Теперь он не осознавал, кто он и где находится, мужчина полностью находился в ее власти. Он позволял делать с собой что угодно, и она слышала его мольбы и стоны, а когда, наконец, он вонзился в нее, тысяча искр вспыхнуло в ней мгновенно. Ногти Тамары впились в мокрые плечи Леонида Павловича, по его телу пробежала судорога наслаждения, она услышала его приглушенный крик, а ее накрыл ослепительный, как молния оргазм… Они еще не разомкнули свои объятья, она слышала, как бешено колотится его сердце, когда он, переведя дыхание, произнес:
– Я чуть с ума не сошел! Мань, где ты этому научилась?
– В школе, учителя научили, – не удержалась и хихикнула, с благодарностью вспомнив Юрчика– физрука, а сама пришла в неописуемый восторг от того, что сделала с ним. И это только начало…
– Вам понравилось? -серьезно спросила она.
Он кивнул:
– Ты невероятна в постели! Немножко передохнем, а?
– Ну, уж нет! – она искренне засмеялась, – я совершенно не насытилась и хочу еще!
Ее сексуальная активность била ключом, она всю ночь забавлялась с ним как кошка с мышкой, но и Леонид Павлович не оплошал. Он оказался сексуальный мужчина, без всяких условностей.
На рассвете мужчина совершенно обессиленный, выдохнул: « это – финиш» и захрапел прямо на ней. Она сбросила его с себя и поплелась в душ.
«Вот тебе полтора часа, а охрана тебя теперь не скоро добудится», – стоя под струей прохладной воды, вспоминая свою бурную ночь, улыбнулась девушка…»
Потом с аппетитом позавтракала уставленными на столе деликатесами, отхлебнула из фужера шампанское, сгребла в пакет со стола устрицы и другие морепродукты, тарталетки с черной икрой, вызвала такси и поехала к Марине. Открыв дверь, быстро разделась и рухнула в постель. Перед тем как провалиться в глубокий сон её посетила мысль, промелькнувшая в голове: