– Нет, Лаура, здесь буду только я. Еще один остановится у вашего сына с женой внизу, в долине. А трое других так, будут слоняться вокруг.
– Как это – слоняться? – удивленно спросила она.
Он сделал неопределенный жест рукой в сторону окна.
– Ну так, Лаура, то там, то здесь. Знаете, походят-походят вокруг, поглядят, что к чему, так и будут слоняться.
Она рассмеялась и села за стол напротив него.
– Том, островок у нас небольшой. И если трое внушительного вида иностранцев начнут здесь, как вы говорите, слоняться, по всему острову сразу же пойдут разговоры.
Он покачал головой.
– С этим проблем не будет, мэм… Лаура. У нас отличное прикрытие.
– Это еще что такое?
Он улыбнулся.
– Мы все очень любим наблюдать за птицами.
Она откинулась назад и, глядя в потолок, от души расхохоталась. Потом уже серьезно сказала:
– Теперь на Гоцо осталось немного птиц благодаря стараниям наших завзятых охотников. Они палят во все, что только движется.
Негр пожал плечами и с таким же серьезным видом произнес:
– Мы все, как я вам уже сказал, очень преданы своему делу. Так нам даже интереснее работать.
– А как будет ночью? – спросила она. – Вы и ночью будете слоняться?
– Это уж всенепременно.
– Тоже птиц высматривать будете?
На его лице снова заиграла ослепительно белая улыбка.
– Конечно. Сов с филинами, Лаура, будем выслеживать… И я, и другие парни, мы просто без ума от слежки за ночными птицами.
Женщина удовлетворенно кивнула. Кофе уже почти закипел. Она встала и налила большую чашку ему и поменьше – себе.
– Как насчет молока и сахара? – спросила она.
– Нет, спасибо. Я люблю такой же черный, как я сам.
Лаура отпила немного, потом понятливо кивнула. В этот момент зазвонил телефон. Она сняла трубку и обменялась несколькими фразами с Джойи. В заключение она сказала:
– Нет, у меня американец такой же черный, как кофе, который я ему сварила.
Женщина улыбнулась ответу Джойи, повесила трубку и произнесла:
– Сын сказал, что к нему только что приехал китаец.
– Вьетнамец, – поправил ее Том. – До Хуань, мы его зовем Додо.
– Вьетнамский любитель пернатых?
– Конечно.
– А остальные откуда?
– Двое англичан и один из Южной Африки. Душевные люди, доложу я вам. За себя и свою семью, Лаура, можете быть спокойны. Не думаю, что мы здесь задержимся надолго. Скорее всего, несколько дней. Я постараюсь быть вам не в тягость.
– Мы вас поселим в крыле для гостей, кушать, конечно, вы будете с нами и, пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Кролика я завтра приготовлю, а сегодня у нас будет жаркое из ягненка. – Ей в голову пришла неожиданная мысль. – Да, кстати, что мне говорить людям? У нас как-то не привыкли к визитам огромных черных американцев.
– Думаю, можно будет сказать им, что к вам приехал погостить друг Гвидо. И это будет чистая правда.
– Вы с ним близко знакомы?
– Очень близко. – Внезапно его лицо стало совершенно серьезным. – Мэм… Лаура… Я и дочь вашу, Джулию, знал. Пару раз я наведывался к ним в Неаполь, в пансион. Она ко мне была очень добра. Должен вам сказать, она была прекрасной женщиной.
Какое-то время в кухне стояла тишина, потом Лаура сказала:
– Будьте уверены, Том Сойер, в этом доме вам всегда будут особенно рады.
– Он очень на меня зол?
Йен на секунду оторвал глаза от дороги и взглянул на девочку. Она свернулась калачиком на переднем сиденье рядом с ним, в глазах ее застыло беспокойство. Сова сидел на заднем сиденье, уши его были закрыты большими наушниками плейера. Он часто оборачивался назад и смотрел сквозь заднее окно на дорогу. В Неаполь они должны были приехать уже минут через двадцать.
– Это еще очень слабо сказано, – ответил Йен.
Заняв оборонительную позицию, Джульетта проговорила:
– Я только не понимаю почему. Я ведь только хотела помочь. Думала, на кухне смогу что-то делать, стирать, убираться в пансионе… Я все это умею.
Датчанин вздохнул и попытался ей более доходчиво разъяснить ситуацию.
– Мы сейчас в самом разгаре подготовки к опаснейшей операции, которая скоро подойдет к своей последней стадии. Все, кто имеет к ней отношение, ходят по лезвию бритвы. Нам пришлось отложить все дела, потому что мы решили, что они за тобой охотятся. Так оно и оказалось на самом деле. В последний раз я тебя видел в Марселе. Ты лежала на койке в таком ужасном состоянии, в каком я еще никогда никого не видел. Если бы наши люди приехали в аэропорт на пять минут позже, уже сейчас ты могла бы быть в том же состоянии, в котором мы тебя нашли. Кризи пришлось послать Фрэнка и Макси тебе на помощь, когда они готовились к одному очень деликатному делу. Он должен был отвлечь Рене от охраны Майкла именно в тот момент, когда такая охрана ему до крайности необходима. Мы с Совой вынуждены были прервать нашу работу на базе и помчаться на север, чтобы забрать тебя у них. Ни минуты не сомневаюсь, что люди, у которых ты была на Гоцо, сейчас волнуются из-за тебя до смерти и будут переживать, пока ты не окажешься в Неаполе, Кризи им не позвонит из пансиона и не скажет, что ты в безопасности. Я так полагаю, что Кризи просто взбешен твоим поведением.
