Ночи тайного агента полностью

Первым делом запустил Блоху в ведомство генерала. Он бегал по кабинету словно угорелый. Разносил в пух и прах то поодиночке, а то и скопом своих подчинённых. И весь его гнев касался конструктора и его «Блохи», словно других дел у его ведомства не было. Он требовал копии документов по «Блохе», хоть и сам знал, что все о злополучном проекте существовало в одном экземпляре и оно то ли похищено, то ли сгорело. Допытывался, едва не пуская в ход кулаки, кто вскрыл сейф. Но в ответ бравые разведчики лишь пучили глаза и оправдывались: мол сам генерал запретил ставить в его кабинете прослушку и видеокамеры, а шифр сейфа вообще известен лишь ему самому.

Еще я подслушал, как генеральская секретарша-майор перешептывалась с еще одной капитаншей о несчастном конструкторе. Его оказывается ранним утром арестовали и заключили в секретную тюрьму. Но пока не определили кому поручат вести следствие и допрашивать мозгляка, они его между собой так окрестили. Они шушукались: мол генерал в чем-то подозревается, а попробуй найди в их ведомстве независимого от генерала следователя. Вот и ждут решения первого человека в стране. А дело столь секретное, что лишь тут есть шанс сохранить тайну, так что наверняка поручат следствие кому-то из местных. Еще они совсем тихо шептали (но у Блохи ух какой острый слух): генерала не сегодня, так завтра тоже упекут за решетку! Кто не побоится его допрашивать?! Еще они плакались о своей почти наверняка конченой карьере, но их судьба меня мало волновала, и Блоха поскакала из гудящей страхом и подозрениями приемной генерала.

Зарядки у Блохи хватало, и я отправил механическое насекомое во внутренний дворик и расположенную в центре его секретную тюрьму, о которой шушукались секретарши в погонах. Но даже всеведущие сплетницы не знали, что конструктора уже допрашивает назначенный самим президентом следователь. Вообще то он на следователя не тянул, так мне показалось, чисто чиновник, приласканный главой государства. Он не пытался со своим узким мышлением выйти за пределы вопроса: где деньги?

А конструктор, в который раз твердил: — Расходы лаборатории отражены в отчете бухгалтера.

Горе-следователь пыхтел, наливался пунцовой краской (он то знал, что вся документация лаборатории, в том числе и бухгалтерская сгорела) и вновь сверлил не выспавшегося и совсем поникшего конструктора вопросом о деньгах.

Наконец он признал свое бессилие приказом отправить заключенного в камеру.

Блоха подключилась для подзарядки к телефонному кабелю дежурного надзирателя, а я пытался обмозговать свою дальнейшую тактику. Я действовал спонтанно, экспромтом, было не до стратегии и прописанной до мелочей тактики. Не сегодня, так завтра даже придурковатый следователь додумается спросить конструктора обо мне и тогда поминай вольные денечки.

И тут меня озарило, как не убивать и улизнуть от вездесущих ищеек. И средство спасения находится там же где хранится смерть, в лаборатории оснащающей шпионов-убийц перед выходом на «мокрое» дело. В глубинах подсознания всплыло, что кроме смертельных ядов в дьявольской лаборатории хранят средства, отшибающие память. А у кого стерли память, что сообщит обо мне?

Вперед, скомандовал я, и Блоха отклеилась от телефонного провода. Она еще не полностью напитала аккумуляторы, но упущенное время может аукнуться катастрофой. Мой попрыгунчик мигом покинул тюрьму, внутренний дворик и оказался в цокольном помещении, как раз под кабинетом генерала, супер-пупер секретной лаборатории.

В помещении никого, тишина. Блоха конечно невелика, но не дай Бог ее заметят в весьма стерильной комнате, то могут прихлопнуть словно разносчика бактерий, вирусов и иной дряни, а они могут непредсказуемо повлиять на свойства ядов. Я впервые увидел лабораторию изнутри и пока изучал полки с химикатами глазами Блохи, подключил ее для подпитки местному телефону. Наконец увидел нужное снадобье, но как его взять из стеклянной колбы, плотно закрытой крышкой? Вскрыть колбу явно не по силам крошечного механизма.

Пока мучительно ломал голову над решением неразрешимого вопроса, пришла надежда из-за двери. В лабораторию вошел человек в герметичном костюме, даже голова пряталась за шлемом со стеклянным окошком. Он открывал по очереди колбы, брал микродозу вещества и относил ее на анализ к хитроумному агрегату. Затем он возвращался к колбе, закрывал ее и начинал исследовать следующую емкость с ядом. Наверно шла обыденная проверка на готовность отравляющих веществ к использованию. Я прикинул, что на каждый анализ уходит около пяти минут, а значит, если он будет проверять колбы по порядку, то до моей отравы лаборант доберется минут через пятнадцать. Тут уж Блоха прыгнула из-за скрывающего ее провода и соблюдая режим незаметности поскакала поближе к вожделенному порошку.