Сегодня в доме у Герцога Петира устраивался бал. Были приглашены все влиятельные семьи Авиана. Слуги уже несколько дней пребывали в панике. Герцог отличался крутым нравом и наказывал за любой промах. Вот челядь и старалась обезопасить себя от его гнева. Комнаты блестели и полнились цветами, на кухне готовили сотни изысканных блюд — на любой вкус, в саду…
Наконец, настал вечер. Дорога перед домом начала наполняться экипажами, на мостовые ступили туфельки прекрасных дам и галантных кавалеров. Раздались приветствия, смех. Девушки пораскрывали веера и начали через них строить глазки своим спутникам. Сплетницы навострили ушки, чтобы завтра рассказать обо всем своим подружкам.
Прием устраивался в честь приезда Мишеля Торского — посланника совета магов столицы. Злые языки шептали, что в Авиан его отправили в ссылку за многочисленные нарушения. Поговаривали даже, он кого-то убил…
Но у Мишеля нашлись могущественные покровители, которые сумели защитить юношу от гнева монарха и отправили от греха подальше — в провинцию.
Все горели желанием встретиться с Торским. Девушки видели в нем потенциального жениха. Раз живет в столице — значит, богат, раз маг — то обладает властью. Если он еще и молод и красив… Тут местные красавицы тактично замолкали, томно вздыхая в распахнутые веера.
Маги хотели узнать о новостях магической столицы, о всех подводных камнях, что так сильно могут повлиять на их будущие. А молодые юноши уже сейчас представляли, как вызовут гостя на дуэль. В него же заочно влюбилась каждая девушка города! А для кого-то она была дочерью, возлюбленной, невестой. К тому же довольно почетно одолеть столичного гостя. Да еще и мага!
Мишель не смог бы отклониться от дуэли. А применять магию во время схватки было запрещено. За этим внимательно следили.
Торский зашел в зал последним (опоздал довольно сильно). Но ожидание людей, особенно девушек и их матерей, того стоило. Маг оказался привлекательным юношей лет двадцати пяти. Он был высок, хорошо сложен, носил короткие волосы, а бороды и усов не имел вообще. В голубых глазах, что находились в контрасте с угольно черными бровями и такими же волосами, то и дело пробегали смешинки, когда он переводил взгляд с одного участника бала на другого.
Сперва Мишель подошел к хозяину дома, приветствовал того. За свое опоздание маг решил не извиняться: с кем не бывает? Потом прошелся по залу, перекинулся парой слов с тем, или иным гостем, поцеловал руку нескольким дамам — красавицы сразу зарделись.
Все шло по плану!
Внезапно Мишель вздрогнул. В самом углу комнаты в одиночестве сидела девушка. Она была довольно миловидна, если не сказать, красива. Но дело было не в этом. Если вспомнить, сколько красавиц в той же столице, то вряд ли маленький провинциальный Авиан сможет предложить что-то по-настоящему новое.
Вот только, незнакомка была очень похожа на одну знакомую Мишеля, не просто знакомую — первую любовь. Та девушка — Евелина, Еви, как называли ее родные и друзья — погибла во время пожара несколько лет назад. Потом еще очень долго ее лицо преследовало мага, а он, несмотря на всю свою немалую силу, не мог ничего поделать. Ведь в ее смерти был виноват и он тоже. Костер был произведен по приказу (или скорее просьбе, подкрепленной изрядной суммой денег) казначея королевства. Что-то они там не поделили с владельцем дома. А исполнителем был Мишель…
Если бы маг только мог предположить, что Еви будет там (но кто мог предвидеть случайность!), он бы отказался, сделал бы все, чтобы предотвратить трагедию. Но сам безжалостный фатум (или слепой случай) вмешался в ход событий, перечеркнул еще одну судьбу…
А, возможно, Мишель просто оправдывал себя!
Маг смотрел на незнакомку, и ему казалось, что он видит призрака. В этот момент оказалось, что годы, потраченные на учебу, прошли зря. Он боялся хрупкой фигуры, одетой, как всегда, в голубые тона, грусти в ее глазах, которая была ему укором. Ведь он убил ее, а призраки просто не могут быть счастливы!
Девушка поднялась и направилась в его сторону. Сначала Мишель замер, боясь даже пошевелиться, потом страх прошел. Призраки так не двигались. Походку незнакомки нельзя было назвать размашистой, но она и не летела над полом сквозь присутствующих в зале.
Можно было вздохнуть свободно и приглядеться к незнакомке более пристально. Мишель очень не любил совпадения.
Я уже довольно долгое время находилась на балу, когда появилась цель. До этого, откровенно говоря, приходилось скучать — сидеть в углу зала, да смотреть на танцующие пары.
Никого вокруг, кроме Генриха, я не знала. Да и последний не перемолвился со мной ни единым словом с того времени, как мы ступили на порог дома уважаемого (интересно кем? — точно не мною: за что уважать человека, про существование которого услышала сегодня впервые?!) Петира — еще одного мага с совета. Он даже не счел нужным представить меня хоть кому-то! Просто бросил в одиночестве.