Он замолчал. Я тоже молчала, постигая сказанное, которое ночью почти незаметно прошло мимо моего опустошённого сознания, лишь обдав мимолётным жаром ужаса… Если верить словам Клифа, хозяин выдерживал меня целый год, как молодое вино, доводя воздержанием и постоянным присутствием в доме Клифа до сумасшествия — надеясь, что я всё же влюблюсь в горе-рокера. И если это правда, то спор с хозяйкой «Пресли», повлёкший за собой неожиданный приезд графа, смешал мальчикам карты. Граф с самого начала выпытывал у меня информацию о Клифе, словно старался распутать какой-то клубок, а потом сделал всё, чтобы план Клифа не сработал. Тогда получается, что Антуан дю Сенг сжалился надо мной и пошёл против сына, оттого Лоран так и злился на него вчера. Однако если допустить, что Лоран был честен со мной и попросил отца о помощи, потому что после разрыва с Клифом решил не давать байкеру лишней силы, то парижане объединились против Клифа. Кто же из них троих врёт и почему? Понять невозможно. Не подлежит сомнению лишь одно — я всего лишь разменная монета, на которую особо ничего не купишь… Однако, как говорится, копейка рубль бережёт, поэтому меня все ещё держат в кармане — причём, все трое сразу.
— Я вернусь к Лорану, — озвучила я не подлежащее пересмотру решение. — Я не желаю злить его неповиновением. Я не хочу повторения пытки у рояля. Ты не знаешь, что я тогда чувствовала.
— Я знаю, — Клиф вновь прикрыл глаза. — Прости, что я оказался бессилен помочь тебе. Но я больше не отступлю и буду бороться за тебя. Эту ночь мы проведём в Санта-Крузе, ты же так любишь всякие инсталляции… Это, конечно, не майский «Бёрнинг-мен», но всё же… Слушай, я позвоню Лорану, и если он пожелает, пусть приезжает. Пока я рядом, они не посмеют тронуть тебя.
Я всё же смогла чуть-чуть поднять голову и коснулась губами холодной щеки Клифа, только поцелуй мой не был благодарностью, мне просто хотелось выключить граммофон, и Клиф действительно на мгновение замолчал, но не успел ответить на поцелуй, потому что я отвернулась к двери, чтобы он не увидел моей победной улыбки.
— Я должна вернуться, — постаралась сказать я совершенно буднично. — Я должна увидеть графа и Лорана. Я должна продолжить игру, усыпляя их бдительность… Они играют с тобой, не со мной. Я знаю, что Лоран тоже жаждет встречи с Габриэлем, вот и узнаешь, как относится к тебе твой большой человек. Таблетка и дримкечер наслали на меня вещий сон. Я видела орла в небесной синеве. Он смотрел на меня и ждал. Это знак. Надо слушать знаки, ведь так он учил тебя?
Я боялась, что Клиф сейчас развернёт меня к себе и без вампирского умения, просто по-человечески, догадается, что я вру.
— И вообще не надо просить за меня Габриэля, я сделаю это сама. Так будет честнее.
Наивный Клиф действительно слушал и верил. Какие же вы дурные, американские мальчики, никогда не взрослеющие дети.
— И что ты попросишь у него? Чтобы он снял блок, который поставил граф, да?
— Конечно, а как же иначе мне быть с тобой?
Я чуть не рассмеялась от собственного ответа и одновременно не расплакалась от сознания того, что потеряла уверенность в договоре с хозяином. И если Лоран не пожелает меня отпустить, то я действительно побегу завтра к индейцу. Неужто все мои видения — это знак от Габриэля, намёк, что со мной безжалостно играют, но если я убегу к нему от всех троих лгунов, даст ли он мне «место за своею спиной»… Черт побери, кто бы мог подумать, что песни Майка Науменко когда-то обретут такой ужасный для меня смысл.
— Отпусти меня! — прошипела я, когда руки Клифа вновь легли на мои дрожащие плечи, а холодные сухие губы заскользили по спине.
— Похоже, из-за этого блока тебе и правда не понравился наш секс, — тихо сказал Клиф, целуя мне плечо. — Но, может, ты просто была слишком уставшей? Мне даже показалось, что ты уснула в процессе. Давай попробуем ещё раз…
— Не надо! Не сейчас! Прошу тебя, не надо!
На этот раз голос мой прозвучал с мольбой, потому что справиться с вампиром, даже не управляющим тобой мысленно, не помогут никакие приёмы самообороны. Я и смотрела на него с той же мольбой в надежде, что в нём осталось мужское достоинство, не позволяющее брать женщину силой. Я, конечно же, смогу стерпеть, как хорошая проститутка, ведь я действительно ничего не почувствовала ночью, тем более — боли. Однако сейчас была дорога каждая минута, потому что хотелось застать Лорана дома и потребовать немедленного подтверждения того, что теперь я свободна. Если он даже не лгал мне ночью, то за день мог запросто передумать. При таком раскладе нельзя было терять даже пяти минут на прощание с Клифом. Ох, как же хотелось верить, что я вижу его в последний раз.
— У нас ещё будет время, когда я вновь научусь чувствовать тебя, — я собрала в кулак все свои актёрские способности и глядела ему прямо в глаза. — Я сделаю всё, чтобы привести этих двоих на океан. Пробудем до утра все вместе, чтобы никто никому ничего не сделал. Нам надо выиграть время, пока Габриэль не вступит в игру…
— Откуда у тебя уверенность, что он станет помогать?
