Я никогда не была настолько оторвана от самой себя и так зла на свою жертву. Я морщилась оттого, как Сапфир калечит и убивает людей, и отворачивалась, чтобы не смотреть на это.
А сейчас я стала как она.
Мир выворачивается наизнанку, когда я об этом думаю, и движется под моими ногами. Ветер превращается в дым и твердеет на моих глазах, и вот уже из крыльев проступает знакомое лицо.
– Так-так, – улыбаясь, сказал Вестник. – Вот ты где.
Нефас – это особое зрелище.
За свою жизнь я повидал немало чудовищ, но чудеса прошли мимо меня. Но в том, как она выглядела, на удивление, было нечто чудесное.
Ее кожа цвета океана переливалась, переходя рябью в более глубокие синие тона. Волосы, серебряные, как новенькая монета, напоминали гребень волны, омывающей ее плечи. У нее были рога, но не острые и зазубренные или кроваво-красные, как у иных ночных созданий. Они словно солнечные лучи, сплетенные воедино, и так замысловато закручены, что я с трудом мог разглядеть их концы.
Она и впрямь выглядела как дитя Богов.
И это дитя мне не обрадовалось.
Очень быстро стряхнув с себя облик монстра, она приняла свой иллюзорный человеческий вид.
Я даже расстроился.
– Ты, – гневно прошипела она. – Что, в этой части Роузгарда больше нет других Вестников?
Она оглядела мой костюм и усмехнулась.
Я подумал объяснить ей нашу систему разделения территорий в пяти главных королевствах, но решил, что ее вряд ли это интересует.
Я проверил мертвеца у ее ног.
Казалось, из тела испарилась вся кровь, оставив лицо впалым и бледным. Цвет волос напоминал паутину, а ногти были содраны до мяса.
Я никогда раньше не видел тела в таком состоянии.
И у меня никогда не было столь странного ощущения в желудке.
Обычно, когда кто-то умирает в моей зоне ответственности, я чувствую трепет их душ, словно бы в моем животе порхают мотыльки. После я слышу звон, как будто они поют. И как обычно в моей жизни, это раз от разу повторяется без изменений.
Сейчас все по-другому.
Вместо мурашек по моей спине пробежал холодок, а взамен перезвона послышался гортанный крик, манящий меня за собой. Он был даже громче, чем звук магии этой девчонки.
Впервые за то, что у людей принято называть жизнью, произошло что-то новое.
И пусть в этом и было замешано мертвое тело, я по-настоящему насладился моментом.
Многие думают, что профессия Вестника сродни удивительному приключению в пространстве между мистическим и человеческим мирами, но на деле это больше похоже на заточение в клетке, нежели чем на исполнение священного долга. Я пленник мира магии, а в мире людей просто тень. Я не принадлежу ни одному из них, и сколь бы усердно я ни пытался следить за соблюдением правил, налагать проклятия Богов и выполнять их приказы, меня не покидает ощущение, что в прошлом я натворил много ужасного, чтобы в наказание застрять здесь.
– Чт… Что происходит? Кто это?
Тут я впервые обратил внимание на мальчишку рядом с Нефасом. С широко раскрытыми глазами, он тыкал в меня пальцем, как будто увидел призрак.
– Это Вестник, – сказала Нефас.
–
– К сожалению.
Она закатила глаза.
Я осклабился.
Парень выглядел молодо, он был примерно того же возраста, что и я, когда умер в первый раз. Хотя я более чем уверен, что на моем лице не было столь растерянного выражения.
Не знаю, что я ожидал найти, когда спешил сюда, но уж точно не этого сорванца, стоящего рядом с моим новым монстром. Да и сама девушка выглядела очень противоречиво.
Я думал, она будет светиться от гордости за весь тот хаос, что она здесь учинила. Однако в ее взгляде было что-то странное, спрятанное за тем выражением, с которым она таращилась на меня.
Ее глаза окрасились белым от совершённого убийства – напоминание о существе, скрытом за человеческим обликом. Я мог заметить кончики клыков, заострявшихся, стоило ей лишь на миг позволить иллюзии спадать.
Она должна была выглядеть как чудовище, но это было не так.
Она была жуткой и прекрасной одновременно.
– Это не то, чем кажется, – сказала она.
Я не удержался и рассмеялся:
– Неделя не из легких, я гляжу.
Она раздраженно вздохнула:
– Я не убивала того первого.
– Правда? – сказал я, выгнув бровь. – Может, ты и этого тоже не убивала?
– Этот умер случайно.
– Поздновато просить у него прощения.
Не то чтобы это имело смысл.
– Я не знала, что люди могут действительно умереть от страха, – сказала Нефас.
– Я рад, что ты получила этот урок.
Она смерила меня свирепым взглядом, и я не смог не улыбнуться.
Говорят, такие, как она, были бичом Божьим, пока война не выдворила их из Оксении. Я не знаю подробностей кроме того, что один из Нефасов убил Бога Бесконечности, и тогда Верховные изгнали их род из Оксении. Они считаются кровопийцами, жадными до людских страданий.
Но эта девчонка даже не взглянула на убитого ею человека. Ее глаза метнулись к земле у его ног, а потом снова уставились на меня.
Она прикусила губу.
– Она просто пыталась меня защитить, – вмешался человеческий мальчишка.
Я обернулся, и Нефас быстро встала перед ним, словно щит.
