Ночная охота полностью

– Заткнись, Тристан, – прошипела она.

Я посмотрел на них обоих.

Что за странная парочка.

– Послушайте, я не знаю, кто вы и что здесь происходит, – сказал мальчишка – Тристан. – Но что бы Атия ни сделала, она не хотела этого.

Атия.

Так у чудовища есть имя.

Я улыбнулся, попробовав имя про себя, и подумывал произнести его вслух.

– Она хороший человек, – продолжил Тристан.

– Да она вообще не человек.

И я как раз тот, кто обязан ей об этом напомнить.

– Ты нарушила самое священное правило, условие мирного существования монстров в мире смертных, – заявляю я, вечный посланник Богов. – За твои грехи, по воле Верховных Богов и с их неизменного благословения, я обрекаю тебя на смерть. Я налагаю на тебя их проклятие.

Каждое слово излучало магию, крупица Божественной силы сочилась из каждого слога. Когда я произнес это заклинание, сила вырвалась из меня, как поток света.

Он настиг Атию, пронзив ее в самое сердце.

Она пошатнулась, прижав руку к груди, куда пришелся удар.

Ее лицо исказилось, и она начала изгибаться и кашлять, словно бы могла выплеснуть все обратно.

Парень бросился к ней:

– Тебе больно?

Выражение муки на ее лице застало меня врасплох, как никогда раньше не бывало с другими монстрами.

А вдруг я чувствовал что-то похожее, когда меня прокляли и сделали Вестником?

Кто огласил мой приговор?

– К тому, что произойдет дальше, следует относиться серьезно, – сказал я. – Вскоре заклятие заставит тебя увянуть.

Атия сжала зубы и посмотрела на меня с ненавистью.

Интересно, как оно сработает на ней.

Если заклятие начнет с малого и будет потихоньку высасывать из нее силы, сначала она может даже ничего не заметить. До тех самых пор, пока волшебство не станет медленно сжирать все ее существо, обращая магию внутри против нее самой.

– Я ведь предупреждал тебя, что твое время скоро выйдет, Атия из Нефасов.

Она нахмурилась, услышав свое имя, и по мимолетному движению брови я понял, что удивил ее, осмелившись его произнести.

– Меня нельзя проклясть, – ответила она. Она гордо задрала подбородок.

Но, несмотря на браваду, в ее глазах была печаль. А еще новый страх, крадущийся рядом. Неужели она испытывала эти чувства впервые, после того как всю жизнь вызывала его в других?

– Меня нельзя проклясть, – повторила Атия.

Я не был уверен, кого из нас она пытается убедить.

– Это вышло случайно. Это не было… Я не…

Она оборвалась на фразе, не успев придумать оправдание.

Я почти пожалел ее, пока не напомнил себе, что она чудовище.

Убийца, как и все остальные.

Я поднес руку к кинжалу, вспоминая, что сказал Хранитель Архива. Перестать быть Вестником можно, только убив Бога. Конечно, если при этом ты ухитришься не погибнуть сам.

Вот же убийца, который сможет сделать это для меня.

Она воспользуется моим мечом так, как я никогда не смогу.

– Пойдем, Тристан, – позвала Атия. – Мы уходим. Небезопасно находиться рядом с таким, как он.

Я поднял бровь:

– Кто из нас монстр?

Атия ухмыльнулась.

Она взяла мальчишку за руку и помахала ладонью в воздухе, по швам разрывая полотно реальности. Портал, созданный ею, переливающимся водяным покрывалом заполнил улицы, сияя тем же оттенком синего, который изнутри озарял ее кожу. Мир менялся, подстраиваясь под эту магию.

Атия шагнула вперед, готовая исчезнуть. Но, убежав от тела, она не сможет обратить заклятие назад. Она должна это понимать. Оно внутри нее и рано или поздно одержит верх. И тогда я заберу ее тело и сброшу его в воды реки, где покоятся все монстры, однажды потерявшие контроль над собой.

Там и останется ее душа, поглощенная вечностью.

Если только…

– Скоро увидимся, – пообещал я.

И когда я приду, маленькое чудовище, ты поймешь, что из этого всего есть только один выход. Лишь одна сделка, на которую ты можешь пойти, чтобы исправить свою судьбу.

Атия бросила на меня последний взгляд, полный бесконечной дерзости:

– Сначала поймай меня.

Она прыгнула в портал, утянув мальчишку за собой.

Тристан не удержался на ногах, ступив на землю на новом месте.

Я не перенесла его далеко, всего лишь на окраину Роузгардского леса, рядом с тем озерцом, где мы с Сапфир нашли себе последнюю жертву. Не знаю, что заставило меня вернуться туда вновь.

«Потому что теперь ты тоже убийца», – напомнила я самой себе.

– Не могу в это поверить, – очнулся Тристан.

Он сидел на траве среди лесных растений. На одежду налипли листья, а рукава слегка обуглились о мой портал. Весь всклокоченный, Тристан теперь меньше всего напоминал студента.

– Прости, – сказала я. – Я никогда раньше не брала с собой человека. По крайней мере, твоя голова не взорвалась.

– Моя голова? – повторил Тристан с недоверием. – А такое могло произойти?

Я пожала плечами:

– Нет, конечно же.

Тристан вздохнул.