Юрьев выходит из канцелярии и направляется в спальное помещение. Там его поджидает Цапов, солдат-первогодок, на котором обмундирование еще коробится, и весь вид говорит о том, что парень не привык к строгой армейской жизни.
У Цапова курносый нос, лицо обильно посыпано веснушками.
— Ну, едем? — неуверенно спрашивает Цапов.
— Да, — коротко отвечает Юрьев.
И вот машины уже стоят перед воротами. Юрьев, высунувшись из кабины, кричит:
— Дежурный, открывай!
Машины выезжают из гаража и едут по улицам уже затихающего города. Потом резко сворачивают в сторону. Начинаются пески.
Над барханами ночь. Душная, темная, звездная. Лишь огни фар, бросаясь из стороны в сторону, освещают колею дороги.
Но вот неожиданно заволокло небо, исчезли звезды, а над барханами появилась предательская поземка. При ее появлении доброго не жди. Андрей с тревогой оглядывается назад, на машину Цапова. Поземка усилилась. Теперь уже перед фарами носились тучи песка. Почти пропала видимость. Юрьев остановил машину и поджидает Цапова.
Тот, видимо, понял его и тоже остановил машину.
— Кажется, влипли основательно, — поделился он с Цаповым, когда тот влез к нему в кабину. — По первому классу влипли.
— Но и останавливаться надолго нельзя. Засыплет песком, тогда экскаватором не разгребешь.
— Да, ты прав.
Они закурили, помолчали, Юрьев заметил, что Цапов чему-то улыбается.
— Ничего смешного в этом нет, — строго сказал он.
— А я случай вспомнил. Помню, капитан назвал номер машины, которая закреплялась за мной. Я так обрадовался, что сразу же побежал в гараж. Нашел. Смотрю. У меня сразу испортилось настроение. Разворачиваюсь и к капитану. А он слушает и улыбается: «Ничего, — говорит, — товарищ Цапов, думаю, после первого же рейса вы измените свой взгляд на водовоза». И действительно, съездил я в рейс, а дорога, сам знаешь, — с бархана на бархан. Приехал, а меня на заставе как дорогого гостя встречают. И вот тогда я понял, что капитан был прав.
— Вначале со мной тоже так было, — признался Юрьев. — Ну что, Серега, двинем, а то непогода, видишь, как разыгралась.
— Двинем, Андрей. — Цапов вылез из кабины и, прикрываясь рукой от песка, пошел к своей машине.
С трудом, вслепую продвинулись на несколько метров. И случилось то, чего боялись — машина Юрьева наскочила на бархан.
Андрей рванул рычаг скоростей, но было уже поздно — машина села на задний мост.
— Еще этого не хватало, — Юрьев вылез из кабины, взял лопату и осмотрел машину.
— Да, история, — озадаченно сказал Цапов. — Нужен саксаул.
Юрьев взялся откапывать из-под колес песок, а Цапов метнулся в серую мглу. Вскоре он вернулся с охапкой веток, свалил их около машины и стал подкладывать под задние колеса.
— Ну-ка, Андрей, попробуй!
Юрьев сел за руль. Мотор взревел и машина стала медленно подаваться назад.
— Давай, Андрюха, давай! — кричал Цапов. — Все! Хорошо! Теперь вперед.
Машины вновь стали пробиваться сквозь песчаную бурю. Наконец сквозь пелену песка и пыли приветливо замелькали огоньки заставы.
У ворот их встретил дежурный по заставе.
— Нам сообщили о вашем выезде. Ждем давно. Волнуемся. Начальник заставы уже хотел навстречу группу высылать. Но часовой с вышки доложил, что видит огни машин. Застряли где-нибудь в барханах?
— Да, — устало отозвался Юрьев.
Юрьев и Цапов дождались, когда были опорожнены цистерны и хотели доложить о прибытии начальнику заставы. Но не успели еще убрать шланги, как он подошел к ним.
— За воду спасибо, — поблагодарил майор, — выручили. А сейчас ужинать и — в новый рейс. В колхозе беда: отара овец попала в паводок. А там двое чабанов. Спасать надо... Командиру части я уже доложил. С заставы людей снимать в такую погоду — сами понимаете, нельзя.
— Что мы должны делать? — спросил Юрьев.
— Доехать до колхоза, посадить в кабины по два человека — и к реке.
— Все ясно, товарищ майор. Разрешите выезжать?
— А ужин?
— Ужинать будем потом...
Юрьев с тревогой поглядывал на небо и горы, откуда доносились глухие раскаты грома. Там, в горах, сейчас ливень. Паводковые воды устремились по ущельям вниз, заполнив до предела речушку и сухие русла ручьев.
На смотровое стекло упали капли дождя. Потом они заплясали по капоту и потекли струйками вниз.
Юрьев включил «дворник» и прибавил газ. Цапов не отстает от старшего. От дождя дорога стала тверже. Она долго петляет между барханами и, наконец, выходит на широкую и прямую улицу поселка.
У правления колхоза Юрьев разворачивает машину и резко останавливает у крыльца. На большой открытой веранде толпятся люди.
По ступенькам к нему сбегает несколько мужчин. Один из них, шагнув вперед, представился:
— Председатель колхоза Мамедов. Как будем рассаживать людей?
— По два человека в кабину.
Как только колхозники уселись в кабины, обе машины двинулись вперед. Надо спешить, там, у реки, гибнут овцы.
Машины подъехали к реке. Дождь лил сплошной стеной. Осветили фарами речку: то там, то здесь из воды торчали головы овец, слышалось жалобное блеяние.
