Честно скажу, это меня немного удивило. Обычно мои клиенты требуют обратного. Им нужно разнообразное общение. Очень много самого экстравагантного общения. Такого… хм, какое они не могут получить в своих странах. Но я профессионал и никогда не стану расспрашивать клиента о его мотивах. Хотя, признаюсь, подобного заказа я еще не получал. Чтобы богатый человек захотел просто пожить в России три месяца ни с кем не общаясь… Нонсенс! Так что я, стараясь не выдать любопытства, косвенными вопросами попытался прояснить, зачем Эмилю, извини, Свену, это понадобилось. Есть много возможностей узнать истину. Я обложил его вопросами технического свойства: каков будет рацион питания, какая будет необходима техника – автомобиль, телефоны, Интернет… Природные и климатические условия. Животные поблизости. Другие дополнительные необходимости. Думаю, он понял, что меня одолевает здоровое любопытство, и в один из наших сеансов связи по скайпу откровенно сказал, что понимает, как странно со стороны выглядит его будущее заточение. Он сказал, ему необходимо провести некоторое время наедине с близким ему человеком. «Это научные опыты в области химии взаимоотношений», – так он выразился.
Больше вопросов я не задавал. Предложил ему вариант с загородным домом в Ярославле. Удобно, потому что с одной стороны – сельское уединение, с другой – можно быстро вернуться в Москву. Свен согласился. Я нашел дом, хозяин которого живет рядом, чтобы обеспечивать арендатора самым необходимым – продуктами питания, решать коммунальные вопросы. Ты видела хозяина, это старик, Арсений Павлович, скромный пенсионер. А дома достались ему от сына, который в девяностые занимался не совсем законным промыслом и погиб несколько лет назад в разборках местных… бизнесменов. Нам повезло, что соседи с другой стороны, Антохины, постоянно отсутствовали. А больше нас никто не интересовал. Любопытство в поселке проявлять не принято, люди там живут состоятельные, все ценят privacy, частную жизнь. Вот так. Я привез Свена в Диево-Городище и поселил в доме, который… ты видела.
– Старый идиот! – прошептала Кристина. – Всю жизнь – опыты, опыты, опыты… Какие только опыты он не ставил! Химические, биологические, оккультные, метафизические. А в результате получился один бесконечный опыт – над нами, его родными. Естествоиспытатель, мать его!
Она вздрогнула, плечи ее опали, как яблоневый цвет, побитый ноябрьскими заморозками. Но в той части сознания, которая все время занималась сложением частей головоломки в одно целое, сразу заполнился один пробел. Стало ясно, для кого Свен покупал подарок в московском бутике. Что за близкий человек у него в России? Любовница? Впрочем, какая теперь разница?
– Куда сейчас? Что будем делать? – снова прошептала она.
– Подожди… – Сержу было жаль Кристину, но он не знал, как нужно утешать девушку, потерявшую отца. – Давай дождемся экспертизы. А вдруг это не он? Нечего паниковать раньше времени.
– Перестань утешать меня! Я не маленькая. Ты сам сказал, что отец требовал уединения! Ты грамотно и профессионально выполнил его заказ! К тебе нет и не может быть претензий. Но если не он, то кто же тогда сгорел в этом проклятом доме, если отец даже на порог туда никого не пускал?!
– Я не должен тебе этого говорить… Но я и так рассказал много такого, чего не имел права рассказывать… – Серж попытался придать своему взгляду искренность, рождаемую внутренней борьбой между чувством и долгом. Вдруг Кристина решит, будто то, что он ей сейчас скажет, он выдумал только что, для того лишь, чтобы утешить ее. На самом деле в его договоренностях с клиентами, в кодексе приватных отношений, который он сам для себя выработал годами работы, ничего не говорилось о том, что в случае исчезновения клиента с подозрением на его гибель нельзя посвящать близких родственников в детали пребывания клиента в России. Лишь бы Кристина не отмахнулась от его слов, решив, что он просто хочет дать ей надежду.
– Видишь ли, этот его «близкий человек»… В общем, была еще одна услуга, которую я оказал твоему отцу… – Серж сосредоточился на взгляде. Хорошая актерская игра в его профессии всегда ценилась наравне с талантом разрешать проблемы. – Перед тем как поселиться в Диево-Городище, Свен Ларсен попросил меня изготовить документы…
Кристина насторожилась. Ее ноздри расширились, дыхание участилось.
– Точнее – один комплект документов, – продолжил Серж, – британский паспорт, водительское удостоверение и студенческий билет Оксфорда… На имя Брайана Джонса.
– Брайан Джонс?! – переспросила Кристина, и брови ее недоуменно поднялись, образовав на лбу глубокую морщину.
– Да. Ты его знаешь?
– Так звали любимого музыканта отца. Гитарист «Роллинг Стоунз», утонул в собственном бассейне в шестьдесят девятом году. Отец как-то проговорился, что если бы у него родился мальчик, он назвал бы его Брайаном…
