Сегодня они пришли к отелю «Хайт». Сигналом к походу стал звонок лидерам российских «левых» от их шведских коллег с сообщением о том, что премьер-министр остановится именно в этом отеле. Информация правит миром.
– Пропустите! Пресса! Свободная пресса! Да расступитесь вы!
Бородатый здоровяк проплывал сквозь людское море. Со стороны он выглядел как Джефф Бриджес в роли Чувака – Большого Лебовски: на голову выше любого в этой толпе, с руками-ковшами, одной из которых он поднял над головой видеокамеру на штативе. Пивное пузо раздвигало толпу, как киль ледокола. Ухватившись за его джинсовый жакет со множеством набитых карманов, следом семенила хрупкая женщина с прической «язычок в стакане мороженого».
– В сторонку! Отойдите! Там же ваши товарищи! Пропустите, наконец!
Оператор компании «Си-эн-эн» в Москве Джим Моррис не без труда оттеснил последнего демонстранта со своего пути и оказался перед воротами в высокой ограде отеля. Женщина отцепилась от его куртки и сунулась вперед, навстречу усиленному омоновцами посту охраны.
– Пожалуйста, вот наши удостоверения. Линда Истман, корреспондент «Си-эн-эн», а это оператор Джим Моррис. Мы аккредитованы.
Охранник долго рассматривал печати и подписи в аккредитации. Затем молча посторонился. Линда и Джим протиснулись мимо него в калитку и оказались на территории отеля. Толпа позади возмущенно зашумела. Огрызок яблока врезался в могучую спину Джима. Оператор обернулся, бросил в толпу презрительный взгляд и, чуть склонив голову, издал мощный звериный рык – как лев на заставке «Метро-Голдвин-Майер».
На несколько секунд перед отелем воцарилась полная тишина. Такая, что стало слышно, как шуршит шинами на подъезде кортеж премьер-министра. И толпа снова зашумела.
Пройдя к ресепшн, Линда Истман сразу потребовала встречи с управляющим. Напрасно менеджеры соревновались в уговорах и любезностях. Напрасно просили подождать, намекая, что приезд министра – весомый повод для занятости босса. Женщина, если хочет быть хорошим репортером, должна уметь по мановению волшебной палочки превращаться в отменную стерву. А Линда была вдвойне хорошим репортером: она не имела нужды в перевоплощении.
Когда она сказала, что обладает информацией о лидерах протестного движения, которых служащие отеля захватили в заложники и держат на верхнем этаже, в кабинете управляющего, менеджеры наперегонки бросились разыскивать Чехонина. Через три минуты он стоял, растерянный и вспотевший, у стойки ресепшн и отвечал на вопросы Линды, умоляя ее не включать камеру и не переадресовывать эти вопросы сопровождающим министра официальным лицам.
