Меня усаживают на почетное место во главе стола и потчуют невероятно вкусными булочками с корицей. А я ем! Впервые за годы и годы позволяю себе слопать булочку.
Аж слезы на глаза наворачиваются, как вкусно. Это тебе не салат из листьев салата. Прямо чувствую, как быстрые углеводы попадают в мой организм, и кайфую, хотя надо бы паниковать. Запах корицы щекочет нос, соблазняет слопать еще одну булочку. Килограммы наступают… но вместе с ними наступает счастье. Эх!
– Вкусно! – говорю с чувством.
– Ой, спасибо, не зря старалась. Только недавно из духовки, – с довольной улыбкой отвечает Марина.
– Это вы делали? – удивляюсь.
Хозяйка такой дачи еще утруждает себя готовкой? Загадочно.
– Конечно! – кивает она. – У нас в семье разделение труда. Мужчины больше по мясу, а я по выпечке.
– Но вы же стройная! – вдруг ляпаю.
А мама Степана моему неуместному комментарию только радуется.
Пытаюсь представить свою маму на кухне, и не получается. Не было ее там никогда, как и меня.
– А ты умеешь печь булочки, Аврора? – спрашивает мать Степана.
Испуганно качаю головой. Где я и где булочки? А даже если что-то испеку, есть это вряд ли кто-то захочет.
– Желаешь научиться? – спрашивает Марина с усмешкой.
Киваю неожиданно даже для самой себя.
– Хочу!
После чая Марина выпроваживает мужчин подготовить всё для жарки шашлыка на улице, а мы с ней и правда делаем булочки из тесто-заготовок. Заодно «варганим» печенье, как она это называет. О боги, у меня даже что-то получается! Очуметь… Оказывается, я не безнадежна.
День течет своим чередом. Мы готовим, едим, болтаем, пьем чай, а потом и вино.
Несмотря на то, что я явно из другого теста, мне в этой компании комфортно, весело. Очень быстро складывается ощущение, будто я знаю родителей Стёпы всю жизнь. Они добрые, отзывчивые, и сразу видно – очень любят друг друга, и Степана тоже. А еще интересные, с кучей веселых историй обо всем на свете.
Хотела бы я, чтобы у меня были такие родители.
Несмотря на то, что на улице зима, выходим на улицу и все вместе жарим шашлыки и шампиньоны в белом соусе.
И я снова ем!
День пролетает вмиг. Скоро солнце прячется за горизонтом, наступает вечер.
После того как мы все вместе убираем со стола в гостиной, родители Степана спешат удалиться.
– Устали, – важно заявляет Марина. – Мы с отцом пойдем в дальнюю-дальнюю спальню. Ляжем спать пораньше, отдохнем. А вы тут развлекайтесь, молодежь.
До того как я успеваю ответить что-то вразумительное, они исчезают, оставив нас вдвоем.
Это другой мир – параллельный тому, в котором я обычно живу.
Тут всё другое. Даже время движется с небывалой скоростью. Как утро вдруг превратилось в вечер, я понять решительно не могу.
Вроде как домой пора, а не хочется.
Тихонько спрашиваю:
– Стёп, отвезешь?
– Ты что! – разводит он руками. – Прекрасной девочке по имени Аврора сегодня домой ехать строго воспрещается!
– Прям строго-настрого?
– Наистрожайше!
И правда, чего это я?
Мне очень уютно, сидим с моим барменом в обнимку на диване возле камина. Степан растопил его так, что жар стоит невозможный. Или это мне жарко от присутствия самого Стёпы?
Пьем сладкое красное вино, болтаем о «Купидоне», смеемся над дурацкой статуей Кристофа. Очень хочется признаться Стёпе в том, что знаю о муже Вари, но не решаюсь. Да и зачем?
Постепенно переходим на более важные темы.
– Стёп, а ты думал, чем хочешь дальше в жизни заниматься? Так и останешься барменом? – спрашиваю осторожно.
– Для тебя так важно, кто я по жизни? Бармен или нет?
Он говорит это и так пристально на меня смотрит, что я теряюсь.
– Ну…
– Аврора, ответь, разве то, что у человека есть, важнее самого человека? – Он спрашивает это со всей серьезностью.
Не понимает, что ли?
О, я знаю, какой ответ здесь будет уместным, правильным.
– Конечно, человек важнее… – киваю с важным видом, хотя и наполовину с этим утверждением не согласна.
Стёпа же моих сомнений не видит. И я улыбаюсь, чтобы сгладить неловкость.
Он резко наклоняется, жарко шепчет в ухо:
– Ты такая красивая, когда улыбаешься!
Целует в щеку, а у меня мурашки по всему телу. Становится совершенно не до профессий или мыслей о размере зарплаты.
Мы ставим бокалы на стол и не сговариваясь тянемся друг к другу. Обнимаемся и целуем друг друга в губы.
Стёпины губы такие сладкие! Я теряю себя в его поцелуях, в его нежности, хочу его ласки, страсти. Чтобы как тогда в машине, когда было приятно до такой степени, что я еле сдержала стоны.
Степан времени не теряет, встает с дивана.
– Ой-ой, – нервно вскрикиваю, когда он хватает меня на руки.
– Привыкай! Собираюсь периодически таскать тебя в спальню вот таким образом. Или ты предпочитаешь делать это в гостиной?
То есть варианта не делать это он мне вообще не оставляет? А впрочем, оно и к лучшему. Хочу близости с этим мужчиной никак не меньше, чем он.
