Интересы Асрубала представлял его родственник, Барванг дин-Урд — цветущий субъект средних лет с хорошо подвешенным языком, большими преданно-карими глазами, длинными волнистыми волосами каштанового оттенка, шелковистыми усами и небольшим животиком, каковой, вместе с неумеренно обширными бедрами, он пытался скрывать под свободным плащом из зеленого бархата с черным орнаментом. Барванг держался с нагловатым безразличием, вызывавшим у Джаро раздражение. Адвокат постоянно расхаживал по залу, то задерживаясь, чтобы прислушаться, то наклоняясь к Асрубалу, чтобы дать конфиденциальный совет. Иногда он выходил из зала, возвращался и, воспользовавшись какой-нибудь паузой, громко восклицал: «Достопочтенные судьи! И я, и Асрубал довольно натерпелись этого несусветного бреда! Вы зря тратите время моего уважаемого родственника! Прекратите это недостойное преследование и положите конец грязной клевете!»
Судьи слушали его внимательно и серьезно. Наконец один из них сказал: «Замечания Барванга напоминают нам о том, что настало время закрыть наше заседание. Гранды династии Урдов потребовали скорейшего рассмотрения этого дела и, в конце концов, не следует заставлять Асрубала проводить в суде больше времени, чем необходимо. Мы соберемся снова через неделю».
Чужеземцы вернулись во дворец Карлеон, где каждому отвели отдельные комнаты. Они выкупались и переоделись в элегантные вечерние костюмы, предоставленные слугами-сейшани.
Все трое спустились в малую гостиную дворца, где через некоторое время к ним присоединился Ардриан, снова продемонстрировавший мастерство в области приготовления тонизирующих напитков. Примерно в течение часа они обсуждали события дня. Джаро заметил, что процесс судопроизводства, принятый у роумов, приводил его в замешательство.
Ардриан объяснил: «На самом деле все очень просто. Судьи не спешат и не беспокоятся. Они наблюдают, подмечая детали, и постепенно создают внутреннее представление. Поток поступающей информации смешивается у них в уме, после чего сортируется на подсознательном уровне, пока не возникает четкая картина, позволяющая принять окончательное решение».
«Почему они отложили разбирательство на неделю?» — спросила Скирль.
«Иногда судьи позволяют себе немного капризничать. Может быть, они просто устали или соскучились — или, может быть, им нравится представлять себя проявлениями стихийных сил, движущихся в неизъяснимом, но неотвратимом ритме. Так или иначе, у вас теперь есть свободное время — целую неделю вы можете наслаждаться красотами Ромарта и его неповторимыми традициями. Не забывайте, однако, что блуждать в одиночку по заброшенным дворцам не рекомендуется — повадки белых призраков непредсказуемы, они нередко нападают без предупреждения. Даже будучи втроем, вы можете подвергаться опасности». Ардриан поднялся на ноги: «А теперь приглашаю вас перейти в трапезный зал. Сегодня вечером вы познакомитесь с несколькими моими друзьями и родственниками. Им неизвестны привычные для вас правила поведения. Проявляйте терпение и, если вам покажутся странными их слова или поступки, не показывайте, что вы удивлены».
«Постараюсь соблюдать осторожность, — пообещал Джаро. — Не могу поручиться за Скирль, конечно. Она — наследница «устричных кексов» и не привыкла якшаться с кем попало. Возможно, вам следует предупредить об этом родственников».
Ардриан с сомнением взглянул на девушку: «В данный момент, по крайней мере, она кажется безмятежной и витающей в облаках. Надо признаться, твоя подруга не совсем соответствует нашим представлениям о вульгарных и назойливых инопланетянах».
«Тем не менее, она состоит из плоти и крови и полна жизненных сил».
«В высшей степени!» — подтвердила Скирль.
Вечер прошел без нежелательных происшествий. Роумам, по-видимому, любопытно было узнать о том, как складывается жизнь на других планетах.
«В каждом мире все по-своему, — рассказывал Мэйхак. — МСБР следит за тем, чтобы соблюдались основные принципы правопорядка — хотя бы для того, чтобы приезжего не секли у позорного столба за то, что он высморкался на людях. Тем не менее, обычаи достаточно разнообразны, и путешествовать интересно».
«Жаль, что путешествия обходятся так дорого!» — посетовала молодая женщина.
«Если бы Асрубал не украл у вас огромные деньги, может быть, вы могли бы позволить себе путешествовать в комфорте», — заметил Джаро.
Брой, кавалер из династии Карроу, проворчал: «Ваши мнения граничат с клеветой. Асрубал — гранд с безукоризненным рашудо. Чужеземцам не подобает так отзываться о людях, пользующихся всеобщим уважением!»
«Прошу прощения, — отступил Джаро. — Не хотел вас обидеть».
Наступило молчание. Наконец Брой неохотно кивнул: «Меня вы нисколько не обидели — такое предположение с вашей стороны опять же свидетельствует о неуместном самомнении! Я всего лишь указал на то, что вам следовало бы выбирать выражения, когда вы раскрываете рот».
