«Я же вам говорю, он действительно там был, — не уставал повторять Виктор Демьянович, — только мы его упустили, отвлеклись не на того. После того как все закончилось, в зале был обнаружен телефон, с которого шли сообщения на мой номер и на который была сделана запись того видео из всех новостей». Разговор был недолгий, но утомительно-унизительный. И каждый раз, когда такой разговор происходил, оставалось только гадать, какие он принесет за собой последствия.
Закончив эту неприятную телефонную беседу, Миронов сделал глоток остывшего гадкого кофе с привкусом какой-то мучной взвеси и направился к коллегам-оперативникам. Он хотел заняться другими делами, не связанными с убийствами, но мысль о возможной зацепке на видео не давала усидеть на месте, так что МВД решил разобрать папки позже, прямо перед ужином с Марией.
Зайдя к оперативникам, Виктор Демьянович первым делом спросил, как скоро они могут получить записи с камер телешоу.
— Думаю, это дело не одних суток, — ответил Александр. — Мы пошлем запрос, но пока у нас есть возможность посмотреть готовое шоу. Уверен, оно есть в Интернете.
— Этим и займемся, — по-боевому сказал Миронов, и они приступили к просмотру.
Найти шоу труда не составило, просмотры переваливали за несколько миллионов, а все новости пестрели заголовками о позоре уголовного розыска. Смотреть было неприятно, но Миронов хорошо умел скрывать свои эмоции, подавлять их негативные последствия. Как говорится, собака лает — караван идет. Но ему было больно. Столько лет верой и правдой служить своему городу, отказаться от карьеры в столице, впахивать и днем и ночью за мизерную зарплату, заработать себе репутацию прекрасного следователя и руководителя — и вот так одним махом, одним неверным движением стать посмешищем для всей страны и тех, кто ни черта не понимает ни в этой жизни, ни в специфике работы следователя и уголовного розыска.
Отсмотрев видео дважды, они не обнаружили ничего подозрительного: экранная запись была скупа на планы зрительного зала, так что последние ряды они так и не увидели. Нужно было ждать видео со всех камер, запрос на которые был отправлен. Оставались последние зацепки. Первая — это врачи, больницы и бывшие преступники с медицинским образованием. Надо было шерстить архивы, дела, ездить по больницам города и области. И второе — это обзвонить и обойти всех тех, чьи телефоны досматривались на программе. Необходимо было найти адреса, а так как время приближалось к шести вечера, то Миронов оставил это задание коллегам, запланировав на завтра обход всех зрителей и гостей студии.
После этого он вернулся в свой кабинет и взялся за дела, что велись параллельно. Открыв сейф ключом, который носил всегда с собой, он достал папки и разложил их на столе. Чтобы ознакомиться с новыми и вспомнить старые дела, следователь потратил некоторое время, которого сейчас практически не было, как, впрочем, и всю последнюю неделю. МВД решил разложить все документы по порядку и отсортировать, чтобы впредь впустую не тратить драгоценные минуты.
Он вдруг понял, что здесь что-то не так, ему показалось странным одно обстоятельство. Была одна папка, папка со старыми делами, но важными и памятными, которые всегда хранились под замком в кабинете Миронова по договоренности с начальником. Эта папка находилась в потайном месте сейфа с двойным дном, а теперь она лежала подо всеми делами в общей стопке. Он решил, что в прошлый раз, когда обращался к документам, сам же в запале положил эту папку вместе с остальными. МВД проверил — все было на месте, ничего не пропало, содержало в себе все то же, что и раньше, и выглядело точно так, как всегда. Пытаясь вспомнить, когда он в последний раз брал бумаги из сейфа, Миронов аккуратно положил старые дела в потаенное место, разложил папки с действительными делами и забросил их тоже обратно в сейф, закрыв его на ключ и проверив надежность двери несколькими рывками за ручку. После этого Виктор Демьянович взглянул на часы, взял свое пальто, вышел из кабинета и направился на первый этаж в холл.
Ужинать пошли в небольшой, но уютный ресторан по названию парижского бульвара. Внутреннее убранство представляло собой интерьер а-ля французское кафе. К реальному французскому стилю уличных кафе это заведение не имело никакого отношения, взять хотя бы то, что первый этаж был в одном стиле, второй в другом, а в цоколе находился бильярдный зал. Стены украшали большие панно с изображениями французских магазинчиков, улочек и, конечно же, Эйфелевой башни. Мария и Миронов присели за столик у окна и порадовались, что вечер будний, мест свободных было предостаточно, а следовательно, атмосфера была тихой и приятной. Заказали немного, чтобы не ударило по карману: по бокалу вина и небольшую закуску. Говорили много и обо всем. Вспомнили, как познакомились, годы учебы, как вдруг осознали, что небезразличны друг другу, как работать пошли в один отдел, как делили все победы и поражения поровну на двоих и как судьба распорядилась сама, не спросив разрешения у главных героев.
