– Не надо так шутить, Молли. – Кип, хромая, выбирал дорогу между холмиками. – И, между прочим, ты сама пошла вот в этом вот… даже не знаю как это назвать.
– Это старое платье миссис Виндзор. Она мне его отдала.
Кип замедлил шаг и посмотрел на сестру:
– Они уже дарят тебе подарки?
Брат спросил весьма озабоченным тоном, и Молли не могла понять, то ли он и правда тревожится, то ли просто завидует.
– Если хочешь, я и тебе достану, – отшутилась Молли, потрепав его по голове.
Кип отпрянул, поправив кепку.
– Это я виноват, что Галилей пропал. Я поздно принёс ему овёс. Он, видно, оголодал и ушёл искать себе еду.
Молли не стала спрашивать, почему брат так задержался. Она знала, что каждый вечер на закате он наблюдал за дорогой – и с каждым днём приходил домой всё позднее. Иногда она видела его на одиноком посту через окошко на лестнице: он сидел на каменном столбе и ждал письма, которое никогда не придёт.
– Не появлялся почтальон? – поинтересовалась она так, чтобы в голосе не звучали нотки вины.
– Пока нет. Но я не из‐за письма задержался. Приходила старая ведьма. Хестер. Тебя искала.
Молли не сразу поняла, что брат имеет в виду сказительницу, с которой они повстречались на дороге. Новость не доставила ей радости. Карлица видела Молли насквозь – и вот она говорила о чём‐то с Кипом. Это было опасно.
– А что она хотела?
– Ты же ей обещала прийти в деревню и рассказать о Виндзорах. Забыла?
Молли не понравился тон брата – он будто обвинял её в чём‐то.
– Я всё прекрасно помню. Только не уверена, что нашим хозяевам понравится, если я стану рассказывать о них всяким болтливым старухам.
– Тогда нечего было и обещать, – бросил Кип раздражённо.
Обычно Молли приходилось придерживать шаг, чтобы Кип не отставал, но сегодня он двигался очень быстро. Она только что не бежала, чтобы идти с ним вровень. Поэтому даже обрадовалась, когда они зашли в лес и вынужденно сбавили темп. Поверхность грунта в лесу тоже оказалась неровной – вся в холмах, как перед домом, а ветви смыкались так плотно, что луна не могла пробиться сквозь них. Единственным источником света теперь был фонарь Молли. Они шли с братом рядом и звали Галилея, а фонарём светили под ноги – не обнаружатся ли следы копыт. Кип не захватил светильник и теперь утверждал, что и в темноте прекрасно видит, но Молли знала: одна рука у него занята костылём, а вторую он просто хочет оставить свободной.
– А ну‐ка, посвети сюда, – попросил брат.
Свет фонаря выхватил след копыта в тёмной грязи. Затем ещё несколько, ведущих в ежевичник. Кип опёрся на костыль и поспешил в направлении, куда уводили следы.
Приложив ладонь ко рту наподобие рупора, Молли запела:
На эту простенькую мелодию они с Кипом всегда напевали песенки. Один пел первую строчку, а второй продолжал, придумывая забавную рифму – и чем забавнее она была, тем лучше. Но на этот раз Кип не поддержал игру.
– Ну и что ты такой надутый? – поинтересовалась Молли.
– Задумался, – буркнул он, обходя валун. – Старуха рассказала мне, что на самом деле случилось с семьёй нашего хозяина, когда он маленький был.
– Все умерли от лихорадки, – повторила Молли то, что ей рассказала Констанция. – Так бывает. Ничего необычного.
Кип отрицательно покачал головой.
– Ведьма сказала, не от болезни. Сказала, они все умерли сразу – с ними разделалась какая‐то неведомая злая сила. А тела так и не нашли, – сообщил Кип, даже не остановившись.
Задул холодный ветер, раскачивая ветви деревьев. Молли задрожала от холода и потуже затянула пальто. Подол платья весь перемазался в грязи. Она готова была задушить старую карлицу за то, что та забила брату голову всякой ерундой!
– Она просто тебя пугала, – сказала Молли, стараясь не отставать.
– Пугала? А может, предупреждала?
– А ты пугаешь меня. И как вам обоим не стыдно? Разговор прервала радостная картина – они увидели Галилея. Конь стоял на опушке – ему что‐то мешало идти.
– Он попал в силок! – вскрикнул Кип и бросился вперёд. – Посвети‐ка сюда.
Молли опустилась на коленки рядом с братом, чтобы лучше подсвечивать. «Силком» оказался корень, который каким‐то непостижимым образом несколько раз обвился вокруг копыта Галилея.
– Нога поранена, но не сломана.
Кип аккуратно размотал корень. Освобождённый Галилей в тот же момент встал на дыбы, откинув своих спасителей назад. Молли выронила лампу – и та погасла. Они оказались в полнейшей темноте.
– Отлично! – пробормотала Молли, ощупывая лесную подстилку в поисках фонаря.
Наконец она нашла его и села. Достала из кармана спичку, хотела было зажечь, но Кип придержал её руку.
– Погоди, – тихо сказал он.
