– Слышали? – спросила она, показывая рукой на полку с печеньем, оставшуюся без присмотра. – Лопайте на здоровье.
Кипа не надо было просить дважды. Он прихромал к полке и засунул в рот печенье, прежде чем Молли успела его остановить. Меньше всего ей хотелось быть у карлицы в долгу. Она не стала брать печенье, да и хлеб подумывала вернуть.
– Вы же соврали ему!
– Когда это? – поинтересовалась Хестер, пряча несколько печений в птичью клетку, привязанную к тюку. – Пообещала, что могу рассказать про него историю когда‐нибудь. Разве ж это ложь?
– Вы ему сказали, что мы ваши родственники.
– Так и это правда в своём роде! – Она наставила на Молли печенье, будто указательный палец. – Я сказительница и легко узнаю другого сказителя. Так разве мы не члены одной семьи?
– Всё верно, Молли отлично рассказывает сказки, – вмешался с набитым ртом Кип. – Ве-ли-ко-леп-но! Да сколько бы вам ни платили за ваши истории, ей бы давали в два раза больше!
Молли вспыхнула. Зачем Кип говорит о ней как о какой-то особенной? Тем более зачем сравнивает её с этой старой каргой?
– Да ничего во мне особенного. Я просто служанка. А вы просто нищенка.
Хестер покачала головой:
– Дорогуша, не надо путать то, чем ты занимаешься, с тем, что ты есть на самом деле. И в наёмном труде нет ничего постыдного. Сам Эзоп всю жизнь провёл в рабстве. Ни одного вдоха свободного человека, а ведь он целые миры создавал, начиная всего с пары слов: «Давным-давно». И где его могущественные хозяева? Догнивают в могилах, если им достались могилы. А Эзоп? А он жив до сих пор – на кончике языка любого человека, кто хоть раз рассказывал сказку. Вспоминай об этом каждый раз, когда драишь полы. – И Хестер подмигнула ей.
Конечно, Молли слышала об Эзопе, но не знала, что он был рабом. Вряд ли стоит в этом верить Хестер! А если она и говорит про Эзопа правду, то самой‐то Молли от этого не легче…
– Спасибо, что помогли нам купить хлеб, мэм, – сказала она и взяла Кипа за локоть. – Нам надо вернуться домой до заката.
– Небо ещё совсем ясное. А у нас с тобой есть дельце. Помнишь, ты обещала рассказать мне историю о некоем доме посреди Прокислого леса? – Карлица скрестила руки на груди, будто хотела показать, что готова бороться за обещанную историю, если это понадобится.
Молли колебалась. Кип наблюдал за сестрой и ждал, что она скажет. Если бы это зависело от него, он бы рассказал карлице всю правду. Но Молли не доверяла Хестер Кеттл. Конечно, та улыбалась, и подмигивала, и называла её «дорогушей», но было в ней что‐то настораживающее и тёмное, мелькавшее в глазах. Чего же на самом деле хотела Хестер?
– Боюсь, и рассказывать‐то особо нечего, – передёрнула плечами Молли. – Большой старый дом. Много пыли и паутины. Много домашней работы. Ничего особенного.
– Так-таки ничего особенного? – Хестер подошла ближе. – А ну‐ка расскажи мне, что это за работа такая, от которой у молоденькой девочки чахнут волосы и напрочь исчезает румянец?
Молли переступила с ноги на ногу. Дома она спрятала волосы под чепец, но, видимо, недостаточно тщательно. Она снова посмотрела на Кипа. Тот кивнул: мол, рассказывай правду.
– Просто я устала, – ответила она, выпрямляясь. – Немного приболела. Вот и всё.
Хестер хмыкнула:
– Да знаю я, чем ты приболела! – Она одарила Молли недобрым взглядом. – Тебе явно что‐то известно. А ещё более явно, что ты не хочешь об этом рассказывать. Ладно, я не буду настаивать. Оставь себе свою историю. Видимо, мы с тобой не такая уж и родня.
Она кивнула Кипу:
– А ты, молодой человек, смотри внимательно, какую работу выполняешь, чтобы не отдать ей все силы, как твоя сестра.
Хестер поправила на спине тюк и развернулась, чтобы уйти. Молли наблюдала, как карлица удаляется, позвякивая тюком с барахлом при каждом шаге. С одной стороны, она чувствовала облегчение, с другой – сожаление. Почему она не захотела рассказать ей о доме и дереве? Почему не поведала о ночном госте?
– И ничем она не болеет! – крикнул вслед Кип.
Карлица остановилась.
– Кип! – зашипела на него Молли.
Кип глянул на сестру:
– Ты обещала ей рассказать, Молли. Если ты не хочешь, то я сам.
И он побежал догонять Хестер, которая ждала его с нескрываемым интересом.
– В доме какой‐то дух живёт, который по ночам на всех охотится. Из-за него все болеют, бледнеют. Как моя Молли.
Сестра схватила его за руку:
– Замолчи, Кип.
Она хотела оттащить его, закрыть ему рот рукой, чтобы он не рассказывал старухе правду. Но Кип вырвался.
– А ещё там растёт дерево. Громадное, ужасное дерево. И каждую-каждую ночь этот человек его поливает, ухаживает за ним.
– Ты не выдумываешь?
Хестер смотрела на Кипа во все глаза. Молли положила руку брату на плечо, но теперь уже не чтобы остановить. Кип подошёл ещё ближе к Хестер и попросил:
– Вы же знаете здесь всё про всех. Скажите нам, знаете ли вы историю про ночного гостя и дерево?
Хестер Кеттл посмотрела на Кипа и Молли:
– Конечно, знаю.
