— Господи, если Боб узнает, чем я занимаюсь…
Утром, когда пришел Лукас, Грив разговаривал по телефону, положив ноги на свой письменный стол. К ним неспешно подошел Андерсон.
— Парень из убойного отдела в Мэдисоне поболтал с женщиной по имени Эбби Уид, — сообщил он. — Она подтвердила, что познакомилась с Джо Хиллиродом в книжном магазине. Уид не помнит, какого числа, но у нее в памяти остался их разговор. Она сказала, что провела с ним ночь и что ей не нравится отвечать на подобные вопросы.
— Проклятье, — без особого жара сказал Лукас. Он чувствовал, что Хиллирод не тот, кого они ищут, а потому не рассчитывал на многое. — Вы не видели Меган Коннел?
Андерсон покачал головой, но Грив, продолжая говорить по телефону, поднял палец, произнес еще несколько слов и прикрыл микрофон ладонью.
— Она мне звонила и сказала, что плохо себя чувствует, но обещала прийти позже, — сообщил он и вернулся к прерванному разговору.
«Плохо себя чувствует». Вчера вечером Коннел была на грани срыва. Он не хотел оставлять ее одну, предложил переночевать у него дома, в комнате для гостей, но она ответила, что с ней все в порядке.
— Мне не стоило говорить тебе о Бенето, — сказал Лукас.
Она взяла его за руку.
— Лукас, ты правильно поступил. Это одно из самых приятных событий за последний год.
Но в ее глазах застыла такая печаль, что он не выдержал и отвернулся.
Грив положил трубку на рычаг и вздохнул.
— Как далеко ты продвинулся в изучении дел, касающихся сексуальных преступлений? — поинтересовался Лукас.
— Не слишком, — ответил Грив и отвел взгляд. — Честно говоря, я только начал. Я рассчитывал, что сумею найти дополнительные улики в квартире, где убили учительницу.
— Проклятье, Боб, забудь про свою чертову квартиру, — резко сказал Лукас. — Необходимо просмотреть эти дела — у нас сейчас каждый человек на счету.
Грив встал и встряхнулся, как собака. Он был немного ниже Лукаса, и черты лица у него были более тонкими.
— Лукас, я не могу. Я стараюсь, но у меня ничего не получается. Это как кошмар. Клянусь богом, вчера я ел мороженое, сахарную трубочку, и неожиданно подумал: «А если они отравили ее мороженое?»
Лукас молча посмотрел на него, и через минуту Грив покачал головой.
— Конечно, ничего такого не было.
— Никаких токсинов, — хором сказали они.
Джен Рид нашла Лукаса в его кабинете. «У нее замечательные глаза, — подумал он. — Как у итальянки». Он легко мог бы утонуть в них. На мгновение ему представилась эротическая сцена: Рид лежит на постели, подложив под плечи подушку, голова откинута назад, до оргазма остается мгновение. В последний момент она поднимает голову, открывает глаза, и тот миг, когда она осознает его присутствие, становится самым сексуальным во вселенной…
— Ничего, — смущенно признался он. — Ни одной новой детали.
— А что с людьми, которых вы взяли во время рейда в Висконсине?
В ее глазах плясали искорки веселья. Она знала, какое впечатление производит на Лукаса. И ей стало известно о рейде.
— История неплохая, но она не имеет отношения к нашему делу, — солгал он. — Кучка людей, которые называют себя «Семена» — когда-то в северо-западном Висконсине орудовала банда байкеров «Дурные семена», — превратилась в организованную преступную группу. Полицейские называют их деревенской мафией. В общем, эти парни грабят пригородные магазины, торгующие оружием. Нам удалось захватить большую партию винтовок и пистолетов.
— Да, интересно, — сказала Джен Рид, что-то записала в блокнот и задумчиво прикусила резинку на конце карандаша. Получилось очень возбуждающе. Лукас подумал, что он начинает зацикливаться на идее о телеведущих и оральном сексе. — Оружие сейчас… горячая тема.
Она периодически делала паузы, оставляя лакуны в разговоре, словно приглашала Лукаса заполнить их.
— Рид — английская фамилия? — спросил он, когда журналистка замолчала.
— Да, мой отец англичанин, — сказала она. — А что?
— Я подумал о твоих замечательных глазах. Ты ведь знаешь, что у тебя итальянские глаза?
Она улыбнулась и слегка прикусила нижнюю губу.
— О, спасибо…
Когда она уходила, Лукас встал, чтобы проводить ее. Рид двигалась немного медленнее, чем он, и Лукас оказался совсем рядом с ней. «От нее чудесно пахнет», — отметил он. Лукас смотрел, как она идет по коридору, и думал: «Нет, из нее не получилась бы спортсменка, все линии слишком мягкие и плавные». На углу она обернулась, чтобы проверить, смотрит ли он ей вслед, и хотя они были совсем не похожи, Рид напомнила Лукасу Уэзер.
Оставшуюся часть дня он провел, разбирая гору бумаг — старые рапорты и версии. После двух появилась Коннел, еще более бледная, чем обычно, и сообщила, что работала за компьютером. Лукас рассказал ей о беседе с Эбби Уид. Меган кивнула.
— Я уже вычеркнула их. Налет на Хиллиродов был нашим добрым делом, но не более того.
— Как ты себя чувствуешь?
— Паршиво, — сказала она и тут же добавила: — Но не из-за того, что произошло вчера вечером. Просто… болезнь возвращается.
— Господи, Меган…
