По дороге меня обогнал Рома. Ну да, сил у мудака много — отдохнул в колодце, пока я туда-сюда за веревкой мотался. Не сказал ему ни слова, только сжал зубы и прибавил ходу, хотя колено ныло так, что боль отдавалась в позвоночнике.
На последнем уровне нас ждали одноразовые коды. Их было 39, судя по описанию, и каждый можно было вбить только один раз. И, что логично, только одному из игроков.
Как же мне сейчас не хватало штаба! Вот так бы бросать коротко в наушник найденный код и искать дальше. А приходилось торопливо тыкать пальцем в клавиатуру на телефоне, периодически путаясь и ошибаясь. У меня так Рома один код уже забрал: пока я исправлял букву, он отправил правильный вариант.
Мы носились по этому заброшенному элеватору с высунутыми языками (хорошо, что играл только первый этаж! На второй без альпинистского снаряжения я бы лезть не рискнул), и с каждым кодом напряжение возрастало. На странице уровня показывалось, с каким счетом идет борьба, и я не знаю, хорошо ли это, потому что невозможно было не смотреть на неумолимые цифры и не переживать. В итоге от волнения меня колотило так, что буквально руки тряслись.
Рома не побрезговал — и вот пожалуйста! Еще один код в его копилку.
Пульс шарашил как бешеный, аж в ушах шумело. Я отчаянно шарил фонариком по стенам и загнанно дышал, приоткрыв рот. Один код. Всего один код — и выиграет Рома. Этого не может быть. Этого, сука, просто не может быть!
Я попытался успокоиться и еще раз осмотрел всю локацию максимально трезвым и взвешенным взглядом. Да, казалось, что мы уже везде искали. Но ведь на самом деле нет. Где-то прятались еще два кода, если только, конечно, это не издевательская шуточка Ника. Но на такое вроде даже он не способен.
Я в очередной раз осветил лучом стену, расписанную жутчайшим граффити, и вдруг на темном фоне букв что-то серебристо блеснуло. Не может быть… код! Белым, блядь, маркером! А вот и второй!
Ромка увидел то же, что и я, и мы оба ломанулись к стене.
Шансов не оставалось. Мне, чтобы выиграть, требовалось вбить оба кода. Ему, чтобы выиграть, было достаточно одного. Но я почему-то все равно не сдался и, громко и яростно матерясь, набирал комбинацию цифр и букв. Неужели продолжал на что-то надеяться?
Код прошел. Я с ужасом ожидал итогового счета…
Не может быть! Бросил взгляд на Рому — он стоял с телефоном в руке.
Большой палец дрожал над экраном, а сам он молча пялился на меня. Секунду.
Не знаю как, но этой секунды мне хватило, чтобы вбить оставшийся код.
И все же у этой победы был странный привкус.
— Почему ты не вбил код? — настороженно спросил я.
— Сайт завис, — огрызнулся Рома.
— Можем сказать Нику, — зачем-то предложил я.
Хотя сам не понимал, чем это поможет и что можно изменить. Снять этот уровень? Переиграть игру заново? Все варианты казались бредовыми.
— Да ну нафиг, ничего не поделаешь — роль случайности в Энке довольно велика, — Рома пожал плечами и тут же досадливо поморщился. — Блин, все же приложился плечом в этом ебаном колодце.
— К врачу сходи.
— Схожу завтра, если не пройдет.
Это так странно: ночью, на заброшенном элеваторе, я стоял и вел почти дружескую беседу со своим соперником. Бывшим соперником, если быть точным.
— Поздравлять не буду, — Рома бросил на меня короткий взгляд. — Я не особо рад, сам понимаешь.
— Понимаю. На финиш идем?
— А хули делать. Далеко он?
— Около километра.
— Херня, — фыркнул Рома. — После сегодняшнего пробега это так — воробушки потрахались. За пять минут дойдем!
Но шли мы в итоге гораздо дольше. Рома подволакивал одну ногу: похоже, падение прошло не так легко, как он думал. Мое колено, на удивление, почти перестало болеть, зато навалилась такая дикая усталость, что я еле тащился.
— А ведь я могу сказать Вике, — вдруг задумчиво проговорил Ромка, — что мы на нее играли. Как думаешь, понравится ей это, а?
У меня до боли перехватило дыхание. Я резко остановился и неверяще уставился на него. Ну нельзя же быть таким гандоном! Это вообще за гранью. Рома заржал.
Смех у него был громкий, неприятный.
— Видел бы ты свое лицо, Дарк, — давясь от смеха, выдавил он. — Да не скажу я, не ссы. Хотя было бы весело, конечно, посмотреть, как она тебя на хер посылает.
Дальше мы шагали молча.
