Это было так несправедливо. Он пытался защитить ее, а она спрашивала у него то, на что он не мог ответить. И теперь она не допускает его к своему телу, потому что он не хочет причинить ей вред.
Как она может так поступать с ним?
Возмущенный ее упорством, он грубо бросил:
— Я твой муж.
Она фыркнула и окинула его озадаченным взглядом:
— Не в этой жизни, приятель, — она протянула ему для осмотра левую руку. — Не вижу никакого обручального кольца на своем пальце. В этой жизни ты не приезжал в город на спине своего черного жеребца, сбивая меня с ног и умоляя быть твоей.
Тэлон похолодел от ее слов:
— Ты помнишь это?
Ее гнев, казалось, частично прошел, когда она кивнула:
— И я хочу знать, почему ты помнишь это.
Он бросил на кушетку одеяло и подушку и улегся на нее с непреклонным видом:
— Я говорил тебе, что не могу сказать.
— Тогда спокойной ночи, дорогой. Приятных сновидений.
Она шагнула к нему, поцеловала в лоб и ушла в свою комнату.
Окончательно взбешенный, Тэлон смотрел на грандиозное шоу, которое она устроила из опускания занавески. Эта женщина умела найти способ, чтобы заставить его пылать. Но в этот раз способ не был особенно приятным.
Тэлон был в ярости.
Особенно, когда она включила лампу на тумбочке, и он мог отчетливо видеть ее тело сквозь тонкую ткань.
Его сердце бешено колотилось. Он не мог оторвать от нее взгляда, особенно когда она снимала одежду со своего аппетитного тела, а потом легла в постель, явно обнаженная.
Ему оставалось только представлять ее там, с розовыми простынями меж теплых, влажных бедер. Ее груди прильнули друг к другу, когда она перевернулась на бок, частично прикрыв рукой вершину левого полушария. Обнаженная спина открыта его нетерпеливому пристальному взгляду, волосы разметались вокруг головы. И она ждет, когда он ляжет позади нее и притянет ее поближе к своему телу.
Он погладит ее по бедру, слегка сжимая его ладонью и приподнимая так, чтобы открыть ее тело и глубоко скользнуть в нее сзади.
О да, он уже чувствовал ее мягкие ягодицы, прижатые к его животу, пока он двигается в нее и обратно. Чувствовал ее шелковистые волосы под подбородком, пока он проникает рукой между ее ног и легкими поглаживаниями ласкает ее, занимаясь с ней любовью самым сладчайшим и нежнейшим способом.
Лесной аромат пачули окружил бы его, пока она извивалась от его касаний и стонала в экстазе.
Каждый гормон в его теле энергично встрепенулся и его мужское естество напряглось, требуя ее.
Нинья никогда не поступила бы с ним так. Она никогда не отказывала ему. Ни разу. Он должен был только поманить ее пальцем и поднять бровь, и она с удовольствием шла к нему.
Сейчас он почувствовал ее отсутствие так, как никогда прежде.
— Саншайн?
— Нет, Тэлон, — сказала она, выключая свет, — ответ все еще — нет.
— Я ни о чем не просил тебя.
— Я знаю эти нотки в твоем голосе, когда ты произносишь мое имя. И я знаю чего ты хочешь, а ты знаешь, чего хочу я. Есть догадки, кто из нас должен сдаться? — она выдержала паузу и добавила, — для галочки — это не я.
Он выдохнул проклятие. Она была так чертовски упряма в этой жизни. Что случилось с его кроткой Ниньей, которая давала ему все, что он хотел и когда хотел?
Прекрасно, тогда пусть она лежит там раздосадованная и голая.
Его тело встрепенулось от этого слова.
Застонав, Тэлон перевернулся так, чтобы не видеть ее.
Он взрослый мужчина и справится с этим. Он может контролировать себя.
О, кровавый ад! Ни одна женщина прежде не отворачивалась от него. Это терзало и приводило в бешенство.
Он ткнул кулаком в подушку, возбудившись еще больше. Он был великоват для кушетки, и лежать на ней было чертовски неудобно. Но он или заснет здесь, или умрет.
Саншайн слушала, как Тэлон ходит вокруг софы. И она почти почувствовала к нему жалость. Почти.
Она устала от его тайн. Утомилась от загадочных игр. Она хорошенько обыскала его дом, чтобы удостовериться, что вероятнее всего, он не был торговцем наркотиками. Тем более, у него не было даже «Тайленола», зато было много интересной электроники. Много кожи, импортного пива, и достаточно DVD-дисков, чтобы загрузить линкор. Не говоря уже о странном оружии, которое она нашла. Некоторое из него было весьма древнего дизайна.
Было что-то странное в его жизни, и пока она не узнает, что это, не позволит себе стать ему более близкой. Она должна сделать это для себя, узнать его лучше, прежде чем позволить своим влюбленным глазам сбить ее с пути.
Она перевернулась и заставила себя заснуть. Завтра она должна работать. В отличие от него у нее нет постоянного источника ренты.
— Ну и посмотрите, кто к нам пожаловал.
Саншайн отложила книгу, которую читала, улыбнувшись Селене, подкатившей к ней свою маленькую тележку. Одетая в свободное фиолетовое платье и черный плащ, Селена поставила тележку справа от стенда с керамикой и рисунками Саншайн и начала устанавливать карточный столик и раскладывать на нем свои рабочие инструменты экстрасенса.
— Я знаю, — Саншайн задумчиво положила закладку в любовном романе «Рожденный в грехе» и отложила его в сторону, — в последние дни я была занята. Извини.
