– Хватит страдать, время подумать о мести.
– Мести?
– Судьи не дисквалифицировали Итана за призрака. Ты можешь им насолить, выиграв в этом соревновании. Если не раскиснешь, конечно.
Розали поморщилась, ей не понравилось, что Аим назвал ее нынешнее состояние скорби раскисанием.
– Так вот что ты сделал с Адрианом, ты отомстил ему.
Она сказала это без упрека, ее слова прозвучали даже слишком отстраненно. Розали скрестила руки на груди и слегка съежилась. Обычно она ходила с высоко поднятой головой, ровной осанкой, а ее шаги всегда были размерены и тверды. Она будто заявляла миру о себе. Сейчас она словно хотела уменьшиться в размере, обнять себя и спрятаться от чужих глаз. В ее состоянии он узнал себя, когда его только арестовали. Ему тоже хотелось скрыться.
– Когда правосудия нет, приходится добиваться его самому.
– Что он тебе сделал?
– Неважно.
– Это Адриан должен был попасть в тот лес, так ведь? На арене ты сказал ему…
– Забудь, – отрезал он.
Аим покосился на Розали. «Она излишне любопытствует. Я мог бы ей рассказать правду, но сомневаюсь, что она сможет меня понять».
– Тогда расскажи, куда мы идем, – строго спросила она.
– Мы вышли на охоту за компасами.
«Старик так просто не отдаст их, учудит что-нибудь в его духе. Только бы не повел нас через свои комнаты». Войти в дом старика Аим боялся больше, чем пройти через улицу Страха. На той улице он знал, чего ожидать, он привык к страху. А вот в доме воспоминаний, куда они идут, может произойти что угодно. Любое воспоминание может вспыхнуть и оголить его перед самим собой и, что важнее всего, перед Розали.
– Компасы? Зачем?
Кажется, она ожидала услышать что угодно, но только не это.
– Они помогут найти свет.
– Аим, компасы помогают сориентироваться, вряд ли они укажут на… на добро или на свет.
Розали вновь съежилась. Аим быстро считал ее телодвижение и понял, что ей некомфортно при упоминании о следующем этапе.
– Обычные компасы и правда нам не помогут. Мы идем в дом воспоминаний.
Аим остановился и обернулся. Он подметил, как красиво ветер колышет ее золотистые волосы. Розали смотрела на него сквозь тяжелые ресницы, слегка исподлобья, со стороны она выглядела, как насупленный птенец. Ей было холодно, но не от погоды: ее душа замерзла.
– Что не так?
Аим понял, что слишком долго молча смотрел на нее.
– Мы пришли. Этот дом пронизан магией от пола до потолка. Старик, что живет здесь, много лет заколдовывал это место. Каждая комната в его доме отсылает человека в какое-нибудь воспоминание. И чем дальше ты пойдешь, тем больше погрузишься в моменты из своего прошлого. Я точно знаю, у него в запасе есть компасы. Они указывают на добрые воспоминания, точнее указывают на комнаты, за которыми находятся светлые воспоминания. Он создавал их специально для своих посетителей. До их изобретения многие боялись к нему приходить.
– И ты хочешь их взять?
– Ага. Мы возьмем их с собой в сеть. Я знаю, как это провернуть.
– Там тоже будут воспоминания?
Розали выглядела совсем озадаченной. Она не могла понять, как компасы помогут им в «Поиске света».
Аим глубоко выдохнул. Он не собирался об этом рассказывать, чтобы заранее не напугать, но теперь обстоятельства вынуждали.
– Из-за того, что мы будем глубоко погружены в наше подсознание, к нам будут являться визарды из нашей жизни. Или это будет хороший визард, который выведет нас на свет, или плохой, который… ну ты знаешь. Компас поможет понять, идем ли мы по правильной тропе.
– То есть я увижу абсолютно любого человека или сорсиера из моей жизни?
Аим не мог понять, обрадовала ее эта информация или огорчила.
– Не любого. – Он снова посмотрел на дом воспоминаний. – А того, о ком ты постоянно думаешь.
После короткого молчания Розали спросила:
– Но это будут не они, верно?
«Похоже, она точно знает, кого встретит».
– Не они, – подтвердил он.
Дом напротив них отличался от остальных на улице Соул Доржанс. Он не выглядел пляжным, сделанным из тонких стен, с широкой террасой и маленьким столиком на нем. Этот дом выглядел крепким и к тому же весьма старым. Первый этаж снаружи был облеплен деревом и окрашен в светло-коричневый цвет. По его периметру располагались большие окна с желтоватыми стеклами. Они напоминали толстые стекла в бутылках с шампанским. Выглядели окна под старинку, даже напоминали окна в старых французских домах, которые Аиму удалось увидеть перед отъездом. Однако так выглядел только первый этаж, остальные были сделаны из серого кирпича с ровными окнами.
Ни Аим, ни Розали не спешили туда заходить, поэтому он решил продолжить их разговор.
– Я заметил, что тебе совсем не по душе второй этап. Хочешь об этом поговорить?
Розали издала глухой раздраженный стон.
– Просто… просто моя семья всегда попадала в неприятности. И я боюсь, что я такая же. – На последнем слове она выдохнула. Она явно не желала так сильно открываться, но слово не воробей…
– Про какие именно неприятности ты говоришь?
Аим понимал, что она имела в виду, но ему надо было услышать это вслух.
– Ты прекрасно знаешь, ты читал дневник Хель. Сталкиваться с тьмой – фишка моей семьи.
