А ведь с того дня, когда в мэрии второго округа Парижа вдова Богарнэ сочеталась браком с командующим Итальянской армией корсиканцем Наполеоном Бонапартом, минуло всего шесть недель.
Событие это происходило несколько необычно.
Девятого марта 1796 года в мэрии на улице Антэн невеста и пятеро свидетелей уже несколько часов томились в ожидании жениха — в восемь вечера его еще не было.
— Надеюсь, он не забыл, — прошептала расстроенная Жозефина.
— У него так много дел перед отъездом в Италию, — попытался утешить ее Баррас, — и столько проблем, которые нужно решить немедленно, что он просто не успевает к назначенному времени. Вам не о чем беспокоиться, дорогая.
Жозефина не ответила. Она вдруг вспомнила слова старой караибки, которая ей, тогда семилетней девочке, предрекла необычную судьбу: «Ты выйдешь замуж за великого человека и станешь императрицей». И вот Жозефина вторично выходила замуж, на этот раз за желтолицего и тощего маленького генерала, которого она сама прозвала «Котом в сапогах» и в облике которого не было ровным счетом ничего героического и величественного.
И все же она верила в давнее предсказание и, возможно, поэтому так стойко и бесстрашно перенесла тюремное заключение во время революции.
Было почти десять вечера; чиновник мэрии дремал, а свидетели прогуливались по комнате, избегая взгляда невесты. И тут на лестнице раздались шаги, дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился Наполеон Бонапарт.
— Господин мэр, зарегистрируйте поскорее наш брак! — воскликнул он, тряся за плечо уснувшего чиновника.
Вскочив со своего стула, мэр поспешно достал книгу записей актов гражданского состояния, зачитал сведения о женихе и невесте (кстати, Бонапарт состарил себя на год, а Жозефина убавила себе четыре года), потом произнес ритуальные фразы обряда бракосочетания, свидетели расписались в книге, и… все закончилось.
— Спасибо всем. До завтра. Спокойной ночи, — попрощался со свидетелями Бонапарт, усадил новобрачную в карету и приказал кучеру ехать в особняк на улице Шантерэн.
Для вдовы Богарнэ это был брак без любви, для Бонапарта — хорошая сделка, позволившая ему войти в высшее общество, которое привлекало его блеском и элегантностью.
Но он без памяти любил свою Жозефину, с которой познакомился в салоне Терезии Тальен и которую до него называли Мари-Роз-Жозефой, или просто — Розой.
Его любовь была настойчивой, пламенной и ревнивой, и теперь он спешил отдаться самому приятному занятию в мире, которое закончилось, увы, непредвиденным конфузом…
В самый неподходящий момент левретка Жозефины вонзила острые зубы в левую икру новобрачного. Генерал, закричав от боли, забыл о наслаждении, и расстроенная Жозефина до самого утра прикладывала примочки к его ране.
Через два дня, одиннадцатого марта, Бонапарт отбыл из Парижа, чтобы принять командование армией в Ницце. На пути к Средиземному морю его любовь к жене превратилась в дикую страсть. Он заставлял военных восхищаться портретом Жозефины и, показывая им миниатюру, восклицал:
— Она прекрасна, не так ли?!
На каждой остановке он писал письма и эстафетой отправлял их в особняк на улице Шантерэн.
Жозефина, получая страстные послания, весело смеялась, обнимала Ипполита Шарля и говорила:
— Это так восхитительно!
Она не считала необходимым хранить мужу верность более недели после его отъезда. На этот раз она потеряла голову из-за любви к соблазнительному и пылкому гусару, который являлся в ее дом ежедневно, чтобы предаваться с Жозефиной радостям запретной страсти. Каждое письмо из Италии они читали вместе, высмеивали влюбленного генерала и, закончив чтение, с еще большим пылом предавались любви.
Ипполит и впрямь был привлекателен: невысокого роста, но атлетического сложения молодой человек (ему было всего двадцать три года!) обжигал женщин пламенным взором и покорял великолепной белозубой улыбкой. Тоненькие черные усики подчеркивали чувственность пухлых алых губ; смуглое лицо с правильными чертами окаймляли темные густые бакенбарды.
В первую же встречу он до слез рассмешил Жозефину простеньким каламбуром — он обожал придумывать каламбуры, — и, став ее любовником, продолжал свои веселые проделки, заставляя даму забывать, что она родом из достойной семьи.
Пусть «свет» и был уничтожен революцией, однако элегантность, вежливость и хороший вкус выжили, так что аристократка Жозефина безусловно снизошла до лейтенанта Шарля, который отнюдь не принадлежал к «сливкам общества». Он родился в Дофине в семье мелкого лавочника и лишь благодаря протекции брата «выбился в люди». Используя личное обаяние, он стал любовником мадам Тальен и мадам Амлен, чтобы наконец очутиться в постели Жозефины. Пока он сам не знал, можно ли этот «взлет» назвать карьерой…
Последнее письмо Бонапарта с требованием поскорее приехать к нему в Италию Жозефина, разумеется, читала в присутствии Ипполита и просьбу мужа постаралась немедленно забыть. Она не собиралась забивать себе голову «сумасбродствами» супруга.
