– Знаешь… а ты мне нравишься, – усмехнулся Марк и похлопал парня по плечу. – Ты садись, пока Артур все не слопал. Он метеор.
– Я просто давно не ел суши.
– Ты всегда уплетаешь их в два счета, – подметила Алина.
– А ты могла хотя бы раз притвориться милой.
– Я и так милая.
– Ага, мечтать не вредно.
Костя присел рядом с Артуром, Софья протянула ему тарелку, а Алина передала чай. Происходило что-то странное, что-то не поддающееся объяснениям. Парень даже позабыл о том, что случилось у него дома. Он улыбался, пытался поднять палочками суши и брызгал соевым соусом, когда они соскакивали вниз.
А еще он был полон потерь и новых надежд.
Ребята сидели перед главным корпусом университета. На губах Дани блуждала легкая улыбка. Артур лежал на скамье, стуча пальцами по дисплею. А Ромал устроился на столе, свесив ноги, и докуривал вторую сигарету. Теперь у них были деньги на сигареты, теперь у них были деньги даже на новый чайник и удлинитель. Ночью они редко спали, но утром снимали заработанные деньги со счета и распределяли между собой. Уже второй месяц «Ночные животные» исполняли желания ущемленных и униженных. Иногда им приходилось постараться, чтобы найти провинившихся. Задания становились сложнее, времени на исполнение уходило больше. Но и деньги приходили другие. За одну ночь парни могли заработать больше десяти тысяч. Казалось бы, невероятная сумма! Но ставки поднялись, риск возрос, и Костя установил правила, которые никто не смел нарушать.
– Ты уверен, что проблем не будет? – спросил Ромал и посмотрел на Даниила.
– Уверен.
– Поясни. Хочу точно знать.
– Деньги переводят не на счет в банке, – доложил Даня и повернулся к другу. От его светло-бирюзовой рубашки слезились глаза, хоть она и едва торчала из-под теплой куртки. Начало декабря выдалось по-петербургски серым и капризным. На улицах гулял холодный ветер, а небо вечно затягивали черные тучи. – Мы зарегистрированы на краудфандинговой платформе.
– Крауд… что? – поинтересовался Артур, вскинув брови.
– Краудфандинг – способ коллективного финансирования на добровольных взносах. Я представил наш проект администраторам, и его одобрили. Теперь мы собираем деньги.
– Ты рассказал про животных?
– Разумеется, нет. Мы с вами группа молодых талантливых студентов, мечтающих снять документальный фильм о Санкт-Петербурге.
– Серьезно?
– Сама платформа денег не содержит. Деньги приходят извне. Клиенты нашего сайта оплачивают «наш клип» и прекрасно понимают, куда уходят сбережения. Вот только…
– Что? – Костя сосредоточенно уставился на Даниила.
– Почему ты думаешь, что люди не раскроют наш секрет? – Даня пригладил взъерошенные ветром волосы и пожал плечами. – Да, мы им помогаем. Но вдруг кого-то не устроит результат? Вдруг нас захотят подставить?
– Ты включил регистрацию на портале?
– Включил.
– То есть посетители вводят личные данные.
– Вводят, иначе на сайт не зайти.
– Значит, их секреты тоже в наших руках. – Ромал затянулся, посмотрел на горизонт и дерзко ухмыльнулся. – Захотят потопить нас, потонут вместе с нами: наказывают не только тех, кто исполняет приговор, но и тех, кто его выносит. Они наняли нас, значит, им тоже придется платить по счетам. Внеси эту информацию на сайт. Пусть знают, на что подписываются и что могут потерять.
– Нам повезло, что ты – хакер от Бога, – усмехнулся Артур и покосился на Даниила.
– Взламывать системы гораздо проще, чем общаться с людьми.
– На выходных опять домой?
– Опять.
– Зачастил ты в Кингисепп, Дань. Мама никак не успокоится?
– Никак, – признался Волков, сложил руки на груди и прищурился, как от яркого солнца, – на днях она пообщалась с Борисом Андреевичем и притихла.
– Уверен, он пообещал приглядывать за тобой.
– Мужик пишет, что проститутка его на двести штук развела, – неожиданно присвистнул Арт и покосился на друзей.
– Каким же образом?
– Да бог знает. Может, шантажировала после пикантного ужина?
