Артур почувствовал, как напрягся каждый его нерв, и невольно выпрямился. Он понял, что расфуфыренный павлин разговаривает с кем-то по телефону, но не мог различить слов. Недолго думая, он зашел во вторую кабинку, защелкнул замок и прислушался. Лучше места не придумаешь. Правда, тут стояла такая вонь, что даже глаза заслезились. Наверняка, подумал Артур, так его наказывал Господь. Но что Иисус знает о сестрах? Ему же не приходилось о них заботиться. Артур нахмурился и услышал:
– Да достало тратить время… без тебя разберусь… она толковая, пригодится…
Загудела сушилка для рук, и Селиверстов скривил губы. Вообще, происходящее выглядело достаточно странно. Какой нормальный парень разговаривает по телефону в туалете? Или Артур отстал от жизни?
– На вкус и цвет, – неприятным голосом протянул павлин и рассмеялся. – Поимею ее, когда захочу. Пока что она мне нужна.
«Поимею ее», – повторил про себя Артур и застыл. Что он только что услышал? Что этот мудила собирается сделать? Очкарик вышел из кабинки, Арт услышал, как хлопнула соседняя дверца. Он тоже рассерженно рванулся вперед, но забыл, что защелкнул замок, и со всей дури врезался в дверь лбом.
– Черт, – простонал он, приложив пальцы ко лбу, – вот же дерьмо.
Плохой из него детектив. Информацию добывает в сортире. Про дверь забывает. Не расследовать ему серьезные дела. Парень несколько раз мотнул головой, выбрался из кабинки и, морщась, поплелся к столику, возле которого уже стоял павлин в шарфе. Жаль, нельзя было начистить морду этому кретину прямо в кафе.
– Ты, – он указал пальцем на павлина, – надо пообщаться.
– Что? – пренебрежительно переспросил очкарик и оглядел Арта с ног до головы. – Я, конечно, извиняюсь, но что происходит?
– Вот выйдем, и я тебе все растолкую.
– Выйдем? – не поняла Алина, чувствуя, как внутри клокочет злость. Она встала из-за стола и так оскорбленно посмотрела на брата, что, будь в этой треклятой вселенной хоть немного справедливости, тот должен был провалиться сквозь землю. – Арт, ты доиграешься. Дай нам закончить работу.
– У этого очкарика не только работа на уме.
– Очкарика?
– А это не очки у тебя на квадратной роже?
Павлин выпучил глаза, а Алина сердито отвернулась. Кажется, ей опять придется искать нового напарника. Она сказала, взмахнув рукой:
– Вов, они сейчас уйдут, честное слово.
– Не уйдем, – неожиданно прохрипел Ромал, и эти слова так задели девушку, что она побледнела, уставилась на парня, приоткрыла рот и окаменела.
Алина не услышала, что ей сказал Вова, не заметила, как он ушел. Она не сводила глаз с Ромала и чувствовала, как сердце терзает обида. Потом повернулась к брату и спросила:
– Что ты устроил?
– Знала бы ты, что у него на уме, – недовольно бросил Артур.
– Просвети меня.
– Сама догадайся, раз такая умная.
– Издеваешься? – Девушка прищурилась и сжала кулаки. – Ты, блин, прикалываешься, или у тебя действительно проблемы с башкой?
– Хватит возмущаться.
– Вова помогал мне сдать работу, мы учимся вместе, балда!
– Ага, учитесь. Он в туалете какому-то чуваку рассказывал, как тебя поимеет.
– Удачи ему.
Алина рассерженно сорвалась с места, накинула пальто, сгребла в охапку чертежи и уже собиралась броситься к выходу, как вдруг прямо перед ней вырос брат:
– Ты куда?
– Подальше от тебя.
– Не надо так говорить.
– Не надо? – громко воскликнула Алина и гневно свела брови. – Ты спятил! Ты из ума выжил, Артур, ясно? Я не собираюсь терпеть этот бред.
– Да почему бред? – растерялся парень. – Я услышал, как…
– Замолчи.
– Не затыкай мне рот.
– Из-за тебя мне придется искать нового напарника, а на носу сдача.
– Ну пробегись за ним, раз он так важен, – нехотя вставил Ромал, но Алина кинула в его сторону такой взгляд, что он замолчал.
– Повеселились? – спросила девушка, уязвленно поджав губы.
– Да о чем ты вообще говоришь? Перестань, пожалуйста.
– Отойди.
– Алин…
– Не знала, что ты на такое способен. А ты, – Алина вновь посмотрела на Костю, и тот замер, ожидая, что она назовет его трусом, идиотом, обманщиком, но девушка обиженно нахмурилась и сказала: – Предатель.
А потом развернулась и ушла.
Ромал окаменел. Он слышал удаляющиеся шаги, но не мог заставить себя обернуться. «
– Я сейчас, – бросил Артур и кинулся за сестрой. Он нагнал ее уже на улице, потянул за плечо, но она даже не затормозила. – Алин, постой.
– Отстань.
– Да что я сделал?
– Ничего.
– Я правда слышал, как он говорил всякое дерьмо по телефону.
– Но ты ведь наехал на него, когда он еще ничего такого не сказал, – обернулась девушка. Она поправила шапку и прижала к груди чертежи. Где-то над головами ребят мигал фонарь, вокруг негромко гудел вечерний город. Алина покачала головой и зажмурилась. – Ты параноик.
– Не говори ерунды, – запротестовал парень.
– Это ненормально. Вести себя так.
– Я вел себя нормально.
– Ты вел себя как неуравновешенный псих.
– Хватит на меня наговаривать.
– Мне не нужно, чтобы ты меня защищал, ясно?
