– Мамуль, оставь эти патриархальные пережитки в прошлом, – протяжно застонала я. – Если человек бьет, то он не любит. Это либо проявление агрессии, либо борьба интересов. В крайнем случае – психологическая разрядка. Потому-то психолог и посоветовала отдать меня не в школу, а обратно в зал.
– Доченька, мы это уже обсуждали, – тихо сказала мать и прижала меня к груди. – Ты не можешь продолжать заниматься самбо. Еще один удар по голове – и тебя могут не успеть спасти. Я не могу подвергать тебя такой опасности. Я плохая и бестолковая мать, которая замкнулась в себе и не обращала на тебя никакого внимания, думая лишь о себе. Когда ты два дня не приходила в сознание, я прокляла все. И твоего папашу, отдавшего тебя на борьбу, и свою мягкотелость, и твоего тренера, который согласился на этот бой с китаянкой. Господи, я в тот момент готова была хоть демону, хоть кому душу продать, лишь бы ты была в порядке. Второй такой ночи под дверями реанимации мое сердце не выдержит.
– Не начинай, – меня немного затрясло от ее слов, – со мной ничего не произошло. Я жива, в порядке, и ручки-ножки двигаются. Все хорошо. Отец для нас давно сдох, о нем вообще не вспоминай. У тебя теперь личный плюшевый медведь-копилка есть. Так зачем ты снова об этом придурке?
– Милочка, нельзя так говорить о родном отце, – мама с тяжелым вздохом поднялась с моей постели, – даже если он конченный мерзавец, он все еще твой отец.
– Для меня он сдох в тот момент, как бросил нас без копейки помирать в безликом сером мире, – фыркнула я. – Даже если он приползет на коленях вымаливать прощение, для меня он мертв. Слышать ничего о нем не хочу. Так что да, он мертв!
– Мил, – протянула мама.
– И не продолжай, я лучше в школу буду собираться, – я поняла, что она добилась своего и заставила меня покинуть уютный кокон. – Там хоть какой-то шанс есть получить заряд бодрости, не то что тут…
– Не забывай о том, что мы со Стасом тебя во всем поддержим, – сказала она мне перед тем, как вышла из комнаты.
– Лучше бы дали мне свободу и позволили заниматься тем, чем сама хочу, а не кудахтали, как несушки над цыпленком, – сказала я закрывшейся двери.
Я горестно вздохнула и понуро посмотрела на свое простенькое убежище. Возвращаться обратно в объятия одеял и подушек было бы глупой затеей. Все же мать права, убиваться по-пустому нет смысла. Если жизнь вставляет палки в колеса, надо найти мясца и сварганить на них шашлычок, а не скулить, как побитая собака. С того момента, как я красочно вмазала Антону Нестеренко по морде, прошла целая неделя. Наступил понедельник второй учебной недели, где данное матушке обещание переставало действовать. Я уже понадеялась на продолжение банкета, вот только меня жестоко обломали по всем фронтам.
За прошедшее с импровизированной драки время наш король всея школы так ни разу на уроках и не появился. Я, естественно, не шибко переживала по этому поводу. К тому же я не нанесла ему серьезных травм. Пострадало его раздутое самолюбие, и покачнулась корона безоговорочного лидера. Конечно, какая-то новенькая из Бутово, по местным меркам – ничтожное создание, посмела поднять руку, точнее ногу, на самого популярного и классного парня престижного учебного заведения. На кол ее! Чего я только не наслушалась от девиц за эти три дня. Зато душевное удовлетворение мне было обеспечено!
Тот день подарил мне фейерверк эмоций. Такой выброс адреналина, что я буквально возлюбила весь окружающий мир. Идя домой, я разве что не пела от счастья и не светилась, подобно новогодней елке. Но все хорошее рано или поздно заканчивалось. Вот и мое радужное настроение постепенно стало смурнее черной тучи, потому что один идиот совершенно не желал попадаться мне на глаза. Он лечил свой нос, который, между прочим, пострадал не за просто так, где-то в швейцарской клинике пластической хирургии. Хорошее настроение было у меня лишь до новостей в соцсети, которые разбили все надежды и мечты вдребезги.
Вторая шокирующая новость заставила меня забаррикадироваться в спальне и никуда не выходить. На кривой и смазанной фотографии я все равно смогла различить Глеба. Девочки пустились в обсуждения нового красавчика, который чудом или деньгами, но все же перевелся в мой класс. Ладно, с его-то количеством наград и титулов, это вполне ожидаемо. Перед выпуском директрисе нужны были красивые строчки в документах, и она явно ничем не брезговала. Лучше потерять часть оплаты, но заполучить именитого футболиста с задатками «про». Бабло она и на простой золотой молодежи сделать могла.
