Его телу потребовалось много времени, чтобы прийти в себя, кое-какие органы до сих пор были не в порядке. Сет прихрамывал и страдал от стреляющих болей в левой руке. Роговица на правом глазу была ободрана, инфицирована и воспалена, и он все еще не мог дышать полной грудью.
Сет разговаривал сам с собой, в четвертый раз открывая портреты в двух последних комнатах. Сдирая с рам тряпки, он крепко зажмуривал глаза, прежде чем сесть на голый пол с альбомом и карандашами, которые сжимал в побелевших пальцах. Он бормотал вслух, чтобы мозг не развалился на куски и не испугался себя самого, потому что было так просто потерять ощущение собственной личности перед лицом этих существ в лохмотьях, которые пытались оторваться от красных стен. Разговор был единственным способом сдержать крик, не позволить холодной волне паники затопить разум; не сбежать отсюда, сдирая кожу с лица, вспарывая ее на ходу отросшими ногтями.
Он должен быть сильным. И храбрым. Если он настоящий художник. Он должен научиться выносить видения и образы, должен понять, как подобного рода истину запечатлеть в его собственной студии в «Зеленом человечке». Здесь все ясно. Кто-то постоянно говорит ему об этом, остается только работать над собой. Они теперь внутри него. И они откроют клапаны у него в сознании.
Позже, вешая ключ от шестнадцатой квартиры обратно на крючок в сейфе, Сет услышал, как кто-то осторожно кашлянул у него за спиной. Он с грохотом захлопнул дверцу и быстро развернулся.
На пороге кабинета стоял Стивен.
– Привет, Сет.
Портье поспешно кивнул, взволнованно глотнув. Мысли скреблись и скрежетали, однако разум был слишком измотан тем, что он только что пытался постичь. Лицо его побледнело, и, как он знал, на нем отразились смущение и чувство вины. Сет никак не мог придумать себе оправдание, не знал, как объяснить, что он оказался в комнате старшего консьержа и вешает на крючок ключ от частных апартаментов, куда служащим запрещено входить без особого разрешения.
– Наверху что-то случилось? – спросил Стивен, удивленно подняв бровь.
– Опять миссис Рот, – выпалил Сет, пытаясь придумать какую-нибудь ложь, однако под пристальным взглядом босса ложь никак не придумывалась.
– И что?
– Я… Я не хотел тебя будить. На самом деле ничего страшного. Просто она все время названивает на стойку. Ты же знаешь ее.
– В этом ты совершенно прав. Могу я чем-то помочь?
О господи, нет!
– Вряд ли. Просто у нее ум зашел за разум, вот и все.
Стивен внимательно рассматривал его. Сет попытался сменить тему.
– А ты сегодня припозднился. – Он взглянул на часы. – То есть, я хотел сказать, ты сегодня рановато.
– У Дженет только что начался приступ. Уже не помню, когда я нормально спал. И, судя по твоему виду, ты понимаешь, что я имею в виду.
Стивен улыбнулся, но улыбка вышла совсем не приятной. Она была какой-то ехидной. Сет ощутил себя еще более виноватым и то и дело сглатывал комок в горле, что только усугубляло впечатление.
Консьерж вошел в кабинет и присел на краешек письменного стола.
– Можешь идти домой, Сет. Я подежурю за тебя. – Он тоже посмотрел на часы. – Тебе все равно осталось всего два часа.
Сет нахмурился. Стивен, должно быть, прощупывает его, закидывает удочку, в чем-то подозревает.
– Не знаю даже… Ты уверен?
Стивен улыбнулся:
– Конечно. Ступай. По одному виду понятно, что ты провел трудную ночь. Я знаю, какими тяжелыми бывают смены. До того как ты появился, я целый месяц дежурил по ночам, пока мы не наняли сменщика, тебя то есть. Твои предшественники, Сет, никогда не задерживались надолго. Кишка у них была тонка. Чертовы художники. Не из того они теста сделаны, чтобы работать по ночам. Нам было трудно найти кого-то на эту вакансию. Подходящего человека, который как следует выполнял бы свои обязанности.
Сет задержал дыхание, пытаясь понять, к чему это клонит Стивен, если он к чему-то клонит. Он понятия не имел, зачем весь этот разговор.
– А я так и не понял, почему объявление напечатали в «Живописи и живописцах».
– Это была идея одного из самых старых жильцов. У него к художникам особенный интерес.
– Правда? И у кого это?
Стивен отмахнулся от вопроса.
– Он последнее время здесь не бывает. Это не важно. Я просто выполняю приказы, Сет. Как, надо заметить, и ты. Я рад, что ты так хорошо прижился в Баррингтон-хаус. На тебя я могу положиться. Тот, кто четко следует своим обязанностям, снимает с меня часть ноши. Так сказать, берет груз на себя.
– Что ж, спасибо.
Улыбка Стивена сделалась шире.
– И знаешь, Сет, уже не в столь отдаленном будущем я собираюсь подыскать себе замену. Человека, который сможет работать вместо меня, возьмет на себя ответственность за здание и заботу обо всех его нуждах. У моего преемника будет здесь бесплатная квартира и жалованье повыше. Мне надо только замолвить о нем словечко перед правлением. Может, тебя заинтересовала бы такая работа? Возможность карьерного роста? Это очень неплохая возможность. И я был бы рад передать дом в хорошие руки.
