— Для среднего класса нас утроит. Одна кровать, одна спальня, ванная комната, остальное нас мало беспокоит.
— Хорошо, — с улыбкой выпалил администратор и начал вбивать что-то на компьютере, затем потянулся к полке, взял один из ключей и протянул постояльцам. — Ваш номер — 112. Одна спальня, ванная-комната, небольшая гостиная и кухня. С вас 500 долларов.
— Это за… — протянул Баргас.
— За сутки, если захотите погости подольше, доплатите потом.
— Спасибо, это нас устроит, улыбнулся шатен в ответ, отдал деньги в взял ключ.
Поднявшись по винтовой лестнице из древесины шоколадного цвета, им предстал длинный украшенный светлыми бра коридор с множеством темно-коричневых дверей.Найдя нужную, шатен открыл ее и оба парня вошли. Им сразу предстала уютная комнатка с небольшим стареньким телевизором и белым диванчиком, обтянутом кожей.Перед ним был журнальный столик со стеклянной крышей и черными ножами, а по бокам от него стояли два таких же белых кожаных кресла.Тот, кто обставлял эту комнату умело сочетал белые и темные тона. Чуть дальше был проход в спальную.Сочетания цветов были те же, кровать было огромной и мягкой, рядом ее обрамляли тумбочки, над которым висели бра.Напротив окна был шкаф, огромный, одна дверца которого было зеркалом.
Роди просто ходил из комнаты в комнату, изучая новое место.Кухня смогла сильно впечатлить его, такие он видел только в интернете, получается, двадцать лет назад. Новая, будто и неиспользованная техника, сияла чистотой, полностью электрическая плита и огромный холодильник.Ванная-комната тоже не осталась без внимания.Сама по себе ванна выла совмещена с душевой кабиной и со своим кипельно-белым цветом эффектно выделялась на фоне черного кафеля.Чуть поодаль была раковина, за ней унитаз и змеевик.На вешалке висело две пары полотенец, на тумбочке аккуратно сложено стояли два халата и два пары тапочек, лежали два щетки, зубные пасты, крошечные мыльца и шампуни. Все уже ожидало гостей.
— Милый, — окликнул его сзади Энди. — можно я первый в душ, а ты пока вещи разберешь.Понимаю, что это не надолго, но так будет удобно.
— Хорошо, — тут же ответил Вудс и направился к спальне, где они оставили багаж.
Первым делом он вытащил продукты из сумки-холодильника, раскидал не скоропортящуюся еду по полкам. Затем начала доставать вещи Баргаза, сворачивать их и перекладывать в шкаф.И тут его внимание привлек конверт, спрятанный в самом низу под всей одеждой.Пожелтелая бумага полностью измялась и странно пахла.Зомби перевернул его и увидел свое имя и индекс. Тут он вспомнил.Вспомнил как один единственный раз написал письмо сам, от руки, а не послал электронное.Тогда он в первый раз в своей жизни сделал что-то достойное. Вудс участвовал в литературном конкурсе и написал поэму.Единственный раз, когда он выиграл и она была опубликована на нескольких сайтах и даже напечатана в какой-то книге.На радостях он отправил Энди оригинал, на котором были сотня помарок и поправок.Воспоминания были такими яркими и четкими, словно Роди и не умирал вовсе, а только вспоминал свой вчерашний день.
— Так ты нашел его, — послышался голос сзади.
— Да, — с улыбкой на губах произнес зомби. — Не думал, что ты хранишь его.
— Храню.Это ведь память о тебе.Я часто перечитывал его, представляя, как это делаешь ты.Как звучит твой ласковый добрый голос.
— Столько лести, — Вудс рассмеялся.
— Пожалуйста, — шатен поцеловал его в висок, нежно обнимая сзади.
— «Свинцово-тяжелые тучи застелили серое небо, — начал Родерик. — Спертый душный воздух не дает дышать. Шею будто сковали оковы, что сжимаются с каждой секундой все сильнее. — грубые горячие руки нежно скользили по его торсу. — От нехватки кислорода кружится голова, синеют губы.На белом лице кристальными каплями глаз сияют красные глаза. — парень прижался спиной к мокрой горячей коже чужого тела. — Так больно.Сердце рвется от боли, изнывая сильнее, чем жалкие очи. Хочется скрыться и спрятаться.Негде. Нельзя сбежать от лживых улыбок и лиц, что с нами одни, а без — совершенно иные.Так страшно быть с ними наедине, так глупо показывать чувства. А одному — пусто и грустно. — шершавая ладонь проникла под хлопковые футболку зомби, по телу того прошла мелкая дрожь. — И каждый миг ждать дождя, ждать солнца — странно.Все время страшиться других и врать всем и вся — тщетно. Все так же сжимает тонкие шеи безлики горячий пар.Все так же страдают, причиняя боль другим и раня самих себя, — пальцы Энди поднимались выше плавно качаясь ребер, слегка задевая стары шрам.Голос Вудса дрожал от пленительного желания. — В душе рыдая от боли и слезно молим: ” Прости”.Снаружи оставаясь спокойнее статуй и картин. — ноги роди начинали подкашиваться и на последнем издыхании он выпалил — Дует легкий холодный ветер.Усталую грудь заполняет холодный чистый воздух.»
Эндрю поднял его на руки и они оба рухнули на мягкую перину кровати.
— А ведь сам просил меня читать, — язвительно заметил Родерик.
— Прости, не смог удержаться.Твой голос сводит меня с ума, — томно произнес шатен, утыкаясь носом в шею любовника.
