Я думала, что вот сейчас Шейла поймет, что никакая я не глупенькая девочка, а очень даже себе соображающая, но я не ожидала, что ее лицо вытянется от удивления. А затем она начала хохотать, вытирая слезы.
— Вот теперь я понимаю, почему Мигель говорит, что ты забавная, — успокаиваясь сделала она вывод.
Я уже хотела разозлиться на ее замечание, но следующие ее слова стерли закипающую обиду.
— А я всегда знала, что не останусь в этом городе. Он не мой. Мне здесь душно. Поэтому скоро я уеду. Навсегда!
Я смотрела недоверчиво на сестру и не могла понять шутит она или нет. Во мне клокотали противоречивые чувства: слабая надежда на то, что это правда и боязнь перемен. Ведь если подумать не такая уж Шейла и невозможная, ее тоже можно терпеть, даже не смотря на ее неконтролируемые вспышки гнева иногда.
— Родители тебя не отпустят! — выдала я свое заключение.
— Боюсь, от них уже ничего не зависит, — пожала Шейла легко плечами и улыбнулась как-то мстительно. — Помнишь, я ездила с учителем в столицу на олимпиаду по анатомии?
— Ты постоянно ездишь по этим олимпиадам и что? — заерзала я на месте.
— Я там познакомилась с самим профессором Фредериком Яниусом.
Я покачала головой. Мне это имя ни о чем не говорило.
— В нашу школу прислали запрос на мое автоматическое зачисление в академию врачевателей, где преподает этот профессор. Академия в Лоусоне. Я просила своего учителя пока не сообщать нашим родителям.
Шейла слегка наморщила нос, как будто вспомнила о чем-то неприятном:
— Сказала, что сама их подготовлю.
— А как же Мигель? — удивилась я.
Сестра подняла брови кверху, словно я снова сказала какую-то глупость.
— При чем тут этот оборотень? Ну да, здесь он полезен. Помог мне даже кое-что собрать в дорогу. У его семьи по — крайней мере достаточно денег, чтобы можно было достать нужные вещи. Но в столице выбор получше будет, это не наша мелочь. Там настоящие альфа-самцы!
Кажется, я снова начинала злиться на сестру, она с насмешкой посмотрела на мои сжавшиеся кулаки, и я разжала пальцы. Я не могла понять, как можно променять такого родного, веселого, красивого, милого Мигеля на каких-то там альфа-самцов, наверняка страшных и злых!
— Мы отвлеклись от цели нашего разговора, — с интересом глядя на меня, сообщила Шейла, — в общем, я жду от тебя, что ты не станешь распускать свой язык, по-крайней мере, пока я не покину этот город. Мне не нужна вся эта высокоморальная возня вокруг меня сейчас. Ты же не хочешь, чтобы родители настояли на том, чтобы я никуда не уехала? Можешь представить, себе мою ярость, если ты станешь причиной срыва моих планов?
Даже не хотела представлять. «Пусть катится к своим многочисленным оборотням, а Мигель ее и звать как забудет!», — удовлетворенно покивала я своим мыслям. Шейла, глядя на меня, снова усмехнулась, словно все мои мысли были написаны у меня на лице.
— Если бы ты дала магическую клятву, — добавила она, — я бы тебе кое-что рассказала напоследок, — но видно еще рано тебе это знать, а может быть никогда и не узнаешь, так и помрешь блаженной дурой в этой дыре.
Мне хотелось тоже сказать ей что-нибудь такое же обидное, чтобы Шейла поняла, как неприятно это все слушать, но она видимо решила, что разговор окончен, отвернулась от меня, резко подняла подол платья и нижней сорочки и одним рывком их скинула, бросив на траву. А потом, разбежавшись, спрыгнула с утеса.
Я вскрикнула от неожиданности. И открыла от удивления рот, когда увидела, как Шейла вынырнула и легко, словно рыба поплыла к середине реки. Как же мало я знала свою сестру!
Она словно почувствовала мое настроение, развернулась лицом ко мне и достав одну руку из воды, показала мне неприличный жест.
— Да чтоб у тебя платье утащили! — выругалась я и развернувшись, бросилась напролом через кусты в сторону дома. А пока бежала, подумала, что-идея-то хорошая, надо было платье спрятать, пусть бы голышом побегала по городу без своего амулета.
Кстати, амулет. На Шейле не было никаких побрякушек, и она сказала, что собирает кое-что в дорогу. Мне стало любопытно, что у нее еще есть интересного. А сейчас как раз был подходящий момент, чтобы взглянуть одним глазком на ее сокровища.
Я побежала еще быстрее.
Мама уже была дома, снова что-то готовила на кухне и даже не обратила на мой приход никакого внимания. Только в своей комнате я заметила, что платье хорошенько так потрепалось и измазалось и я переоделась в другое, одежды у меня хватало, вся переходила по наследству от старшей сестры. Платье я запихала в дальний угол шкафа, чтобы оно не попалось на глаза родителям. А то оно мягко говоря выдавало мое бурное времяпрепровождение.
А потом принялась за быстрый обыск комнаты. Но меня ждала неудача. Хотя я все просмотрела очень тщательно. Даже по обоям слегка простукала. Ничего. Странно. Какое место Шейле показалось более безопасным, чем наша комната? Где же твой тайник, сестренка?
Мне ничего не приходило в голову, а вскоре вернулась Шейла, я слышала, как она щебетала на кухне маме, какая интересная книга попалась ей в библиотеке. Талантливая лицемерка!
