— В такую рань? — буркнул Фарго.
— Уже почти полдень, — возразил Джефф. — Мы сильно проспали.
Он открыл дверь и впустил в прихожую Лео Джонса.
— Хеди говорит, что Горация всю ночь не было дома, и она не знает, где его искать… Гораций, что ты здесь делаешь?
Дверь в другом конце комнаты распахнулась, и вошел Норби. У Лео отвисла челюсть от изумления.
— Норби, ты жив!
— Это долгая история, Лео, — сказал Фарго. — Я поведаю ее вам в собственной редакции за парочкой горячих бисквитов, пока Джефф и Гораций будут одеваться.
Удалившись в свою комнату, Джефф спросил Норби, как поживает Лиззи.
— С ней все в порядке, Джефф. Поскольку она получила доступ к банкам данных бортового компьютера, теперь она знает, откуда он родом, и хочет попасть на Джемию. Она будет первым манхэттенским такси, отправившимся в межзвездное путешествие… правда, она уже не такси, и это немного печалит ее.
— Лучше бы она осталась в своем прежнем виде. Я вызываю такси, но слышу лишь «не вешайте трубку» по автоответчику, либо предложения подождать часок-другой.
— Отец может отнести Горация домой.
— Ну да, и попасть в полицейский участок. Впрочем, в этом что-то есть… Норби, принеси-ка ту картонку, которая валяется в стенном шкафу в прихожей!
Когда Джефф и Норби присоединились к остальным, они несли плакат с надписью «Покупайте Промышленных Роботов Кобба!». Через верхние углы плаката была продета петля из крепкой веревки.
— Первый Ментор, если ты наденешь этот плакат, то никто не сочтет твой вид необычным, — сказал Джефф. — Особенно если ты наденешь мой запасной лыжный шлем, чтобы скрыть верхний глаз, и спрячешь верхние руки под накидкой…
— Только не под моей любимой красной сатиновой накидкой, — запротестовал Фарго. — К тому же, разве вам не кажется, что у некоторых промышленных роботов может быть четыре руки?
— О’кей, — согласился Джефф. — Первый Ментор отнесет Горация домой. Если он не возражает прихватить заодно меня и Норби, то мы покажем ему драконью скульптуру на каминной полке. Мистер Джонс, вас не затруднит позвонить Хеди и сообщить ей, что мы выходим?
— Я позвоню, а потом присоединюсь к вам. Робот может тащить меня на лыжах, если я не смогу ехать по обледеневшему снегу.
— Надеюсь, моя мама не увидит Первого Ментора, — пробормотал Гораций. — Такой огромный робот может снова пробудить в ней охотничьи инстинкты.
Сверкающий лед, покрывавший все башенки, завитушки и эркеры Дома Хиггинсов, придавал ему еще более фантастический облик. Высадив Джеффа и Горация на крыльце, Первый Ментор посмотрел вверх.
— Вот это уже настоящий замок, — сказал он.
— Возможно, вы правы, — согласился Джефф. — Если вспомнить старую поговорку «мой дом — моя крепость», то лучшего примера, чем Дом Хиггинсов, пожалуй, не сыщешь.
Он уже собрался предупредить Первого Ментора о коварной горгулье, но тут увидел, что лед сковал ее голову блестящей броней.
Хеди впустила их в дом, не высказав никаких замечаний относительно странной внешности большого робота с плакатом на груди. Джефф заподозрил, что Лео Джонс знает о приключениях братьев Уэллсов гораздо больше, чем кажется, и тайком делится этими знаниями с Хеди, взяв с нее клятву хранить молчание.
Норби, лежавший на нижних руках Первого Ментора, не выказывал желания спуститься вниз.
— Где ваша мать, мисс Хиггинс? — спросил Джефф.
— Наверху. Она больше не хочет выходить из своей комнаты и все время плачет. Ей не хочется спускаться вниз, потому что тогда ей придется проходить мимо портрета, где она изображена молодой и прекрасной. Она постоянно повторяет, что теперь умрет, так и не получив отцовского наследства. Если я скажу ей, что Норби жив…
— Пожалуйста, не делайте этого, — попросил Джефф. — Все особенные таланты Норби пропали, и он теперь ничем не отличается от обычного робота. Кроме того, она может вспомнить слова Норби о том, что Мак страдал от ее эгоизма…
— Да, — тихо сказала Хеди. — Я понимаю.
Первый Ментор рассматривал барельеф дракона, стоявший на каминной полке.
— Лео, ты уже завтракал? — спросила Хеди.
— Нет. Так, перехватил кое-что перед уходом.
— Тогда пойдемте на кухню и позавтракаем. Музей сегодня не работает, и думаю, теперь Гораций может показать нашим гостям Дом Хиггинсов.
— Я спущусь в свою мастерскую и немного приберусь там, — смущенно сказал Гораций. — Мне очень хочется, чтобы Норби и Первый Ментор осмотрели ее.
Когда они ушли, Первый Ментор обратился к Джеффу по-джемиански:
— Джефф, эта драконья скульптура была сделана Другими. Должно быть, Мак-Гилликадди нашел ее в разбитом корабле вместе с Норби.
— Когда я впервые увидел ее, мне показалось, что внутри нет движущихся частей и электроники, — сказал Норби. — Теперь я ничего не могу определить, потому что мои сканеры не работают. Но ты согласен со мной?
— Да. Это не более чем произведение искусства, но очень добротное. Его настоящее место — на Джемии.
— Нет, — возразил Норби. — У Мерлины Минн и так ничего не осталось. Барельеф должен быть здесь.
— Я не возражаю, — промолвил Первый Ментор. — Но я не ощущаю в этом доме иных вещей, созданных Другими.
