Они прекратили целиться по рептилии, продолжая битву с демонами. Оказавшиеся мелкими на фоне дракона, Гемы редели с каждой атакой, и в конце концов в них проснулся первобытный страх. Все меньше их валило из портала, и наконец оставшиеся в живых воины получили передышку, перебив тех, кто успел добраться до берега. Они с тревогой оглядывали свои потери — кровящие трупы хронов, статуи эльфов, еще недавно стоявшие плечом к плечу, хелоны. Эльфы невольно подошли ближе, стараясь рассмотреть битву дракона и его всадника с армией тьмы, но они ничего не могли противопоставить крылатому монстру. Их тела стремительно поглощались пучиной воды, обугливаясь от огненной атаки.
Лекари и маги, снующие к тяжело раненым, прикрикнули на зевак, прося помощи, и они мгновенно откликнулись, устыжаясь.
Дракон взревел, подражая вулкану, и пролетел высоко над их головами, намереваясь взлететь к верхушке Хроновой горы. Эльфы подняли радостный клич, а Гиреа проводил всадника настороженным взглядом.
Ему была знакома эта эльфийская выправка.
— Это…конец? — пораженно спросил Марон, вслушиваясь в подозрительную тишину. Портал недовольно трещал, начиная медленно сужаться — Гемов из него шло все меньше. — Мы победили?
Гиреа, хоть и не слышал его вопроса, тоже с недоверием перевел взгляд на портал. Последние десятки Гемов неуверенно шли им навстречу, уже не ощущая такого воодушевления и азарта, как прежде.
Но что, если…Они не испытывали страха, а наоборот, кого-то чинно сопровождали? Сердце тревожно пропустило удар, он вновь поднял меч, отдавая приказ:
— Не расслабляться! Собрать все силы для боя! Это только начало!
Дракон тоже знал это — он направился к горе лишь для временной передышки, и теперь набирался сил. Крошечная точка распласталась в седле, как будто о чем-то тихо переговариваясь с ним. Дракон рычал и выказывал недовольство, пытаясь сбросить наездницу, но она держалась крепко.
Марон нахмурился, услышав его рык.
Все остатки войска собрались меж погибших, вперив свой взор на зияющую пропасть. Земля дрогнула. Еще и еще. Толчки были размеренными и походили на шаги, но ног у существа было не два, а четыре.
Гемы расступились, выпуская из мира Воеводу. Четырехлапая крылатая тварь, черная, как смоль, с длинным хвостом и шеей, глядела только на одного — своего близнеца-дракона.
*** *** ***
Снег таял под раскаленными волнами лавы, грудами взрывающихся снарядов, алыми горячими струями крови. Белое смешивалось с красным, вихрясь в смертельном танце, и к нему тут же добавлялась чернь тьмы, неделимая со смертью. Новые воины застывали в небытие, пополняя ряды безмолвных соратников, замерших тут же сотни и тысячи лет назад.
Эластичная броня струилась, повторяя изгибы тела, а подлатник закрывал кожу от пронизывающего ветра. Несмотря на удобство лат, весила защита прилично, но девушка не обращала на это внимания. Разве броня гвардейца легче? Доспех идеально подходил для всадника — маленькие аккуратные чешуйки на латах имели хорошее сцепление с чешуей дракона. Поэтому при движении она была уверена в своей безопасности.
Эльфийка с изумлением глядела на своего нового противника, но дракон, на котором она восседала, казалось, вовсе не был удивлен. Он ждал.
Мышцы рептилии ощутимо напряглись, и он замер, дрожа, словно кошка, увидавшая добычу.
— Кто это? — спросила она, и не надеясь понять драконий рык.
Тот повертел шипастой головой, словно отвечая: «лучше тебе не знать».
Размеры драконов поражали воображение. Эльфы конечно предполагали, что давно сгинувшие в легендах рептилии были большими.
Но эти две особи, занимающие противоборствующие стороны…
Твари были громадными. Настолько, что едва ли смогли бы вдвоем уместиться на всей площади Филема. Размах их прочных перепончатых крыльев захватывал дух: когда чудища взмывали в небо, воинам казалось, что рассвет не наступит никогда — такими полотнами закрывало обзор.
Внешне эти двое практически не отличались — оба темные, шипастые, почти схожие по размеру. Но Норд был больше.
*** *** ***
Когда все части тиары были соединены воедино, Лэниэль почувствовала такую мощную вспышку магии, что едва устояла на ногах. Лес и трава всколыхнулись, будто от сильного порыва ветра, и тут же замерли, напряженно наблюдая за развитием событий.
Марон смотрел на все происходящее с легким прищуром и толикой недоверия, но когда превращение произошло, едва сдержался от вскрика. Но в этот раз он не достал оружия, понимая, что все бессильно. Его парализовало от напряжения, и по коже пробежало покалывание.
Девушка, стоящая чуть ближе к существу, уже ничему особенно не удивлялась — многое пришлось повидать за время их приключений. Но все же дыхание сперло от неожиданности.
— Дракон? — прошептала Лэниэль, протягивая к пышущей дымом морде подрагивающую руку.
Он взглянул на нее такими привычными и родными, цвета летнего солнца, глазами. Узкие вертикальные зрачки внимательно следили за ее движениями.
