Я слишком хорошо их помню. Все еще помню… Мое тело все еще реагирует на его прикосновения. Он — мой первый мужчина. С ним я впервые испытала головокружение от поцелуя, смущение от откровенных ласк, боль и кайф первого раза… Он навсегда отпечатался в памяти моего тела.
Но… все. Проехали.
Я отталкиваю Макса, упершись ладонями в его грудь. Но он не выпускает меня. И я снова жалею, что у меня нет силы Носорога
— Кеша… — вырывается у меня.
— Как ты меня назвала? — резко отстраняется Макс.
Его руки все еще на моей талии. Его губы близко к моим. Но он уже меня не целует… Он смотрит на меня с обиженным удивлением.
И ровно в этот момент дверь лифта, к которому я стою лицом, внезапно открывается. Я вижу разъяренного Носорога. С моим телефоном в руке.
Его огромная лапа делает резкое движение вперед и — хватает ошарашенного Макса за шкирку. Он освобождает вторую руку, вручив мне телефон. И — жмет на кнопку, одновременно втягивая Макса в лифт.
Двери закрываются. Стиснутые носорожьи челюсти и растерянно-испуганное лицо Макса исчезают. Я стою и смотрю на телефон в руке.
А потом резко срываюсь и несусь вниз по лестнице.
Он же его убьет!
И его посадят в тюрьму…
Мне придется его убить. Иначе он не успокоится. Я же вижу: его заклинило. Он не отступится. Избалованный мальчишка, привыкший получать все, что хочет. А сейчас он хочет мою Мышку.
А она… снова не может устоять перед ним. Первая любовь, сопли, слюни, все дела… Рано или поздно он добьется своего. Или нет… Но даже одна только вероятность вызывает у меня нервный тик!
Так что да — придется его убить.
Я почти всерьез обдумываю, куда буду прятать труп. Вот до чего меня довела эта непостоянная Мышатина!
— Соня со мной, — говорю я козлику, зажав его в углу лифта. — Ты лишний. Ясно?
— Неа, — отвечает он. — Не ясно.
Дерзкий пацан. Полностью в моей власти, знает, что я сильнее, а туда же — ерепенится. Или просто чует, что я не буду ничего ему отрывать прямо сейчас. Силы не равны — Соня права. Я и вчера, прежде, чем подбить глаз, дал ему фору. Позволил ударить первым. И только потом с наслаждением засадил… Красиво получилось, кстати. Не фингал — картинка!
— Еще раз увижу рядом с ней — убью. Распилю бензопилой и расфасую по пакетам. Ясно?
Он только скалится.
Двери лифта за моей спиной разъезжаются.
— Что ты с ним сделал? — вопит Мышка.
— А что бы ты хотела? — спрашиваю я.
— Отпусти его!
— Да я его не держу.
Я отодвигаюсь. Козлик Макс протискивается мимо меня. Останавливается рядом с Мышкой. Чувствует моя тяжелый взгляд. А он у меня сейчас такой… как мраморная плита на кладбище.
И козлик уносится прочь, стуча копытами. Еще хочет пожить…
— Спасибо, — выдыхает Мышка.
— За что?
— За телефон, — улыбается она. — Я как раз его потеряла.
— Пожалуйста, — говорю я.
И выхожу из лифта. А она в него входит.
— Что будешь делать сегодня? — спрашиваю я.
— Выпью таблетку, буду лежать на диване, смотреть какой-нибудь дурацкий сериал и пить минералку. А потом лягу спать пораньше — завтра на работу.
— Отличный план!
— Мне тоже нравится. Пока!
Она нажимает на кнопку лифта.
— Пока, Мышка!
Утро. Через полчаса я должен быть на работе — у меня совещание с коллегами. И буду! Домчу за двадцать три минуты.
У меня семь минут на то, чтобы поздороваться с Мышкой. Я знаю, что она ходит на работу пешком, а подвезти ее я уже не успевал — решение сгонять поздороваться возникло в последний момент.
А вот и она… выпархивает из понтового желтого «Порше». У меня ни на секунду не возникает сомнения, кому он принадлежит.
«Порше» сразу уносится прочь. Максимка все же подсыкает. Мышка подходит к крыльцу. Замечает меня. Вздрагивает. Видимо, у меня настолько перекосило рожу, что она начинает оправдываться:
— Я опаздывала, а он меня подвез.
— А почему мне не позвонила, если опаздывала?
— Так-то, я уже такси вызвала. А потом смотрю — Макс…
— Зря я ему вчера ножки не пообломал.
— Кеша!
— Что?
— А вообще… почему я должна перед тобой отчитываться?
И действительно — почему?
Хороший вопрос. И ответ на него уже некоторое время вертится у меня в голове… Но сейчас мне пора на работу. Я еще ни разу не опаздывал на совещание. И начинать эту порочную практику не собираюсь.
Так что я целую растерянную Мышку в губы. И уезжаю.
Вечером еду к Михею. И что же я вижу? Желтый «порше» этого мелкого ублюдка. Он здесь! Мышки, правда, нет… Что этот козлик тут делает?
— Я тебе не изменяю, честное слово! — ржет Михей, когда я наезжаю на него.
— Зачем он здесь?
— Привез Юле стилиста.
— Почему он?
— Так получилось. Моя невеста, оказывается, очень капризная барышня. Хотела конкретного чувака. А у него все на год вперед расписано. Но Макс с ним знаком…
— Как Макс вообще узнал о проблемах со стилистом?
— Видимо, от Сони. Юлька ей пожаловалась.
— И Соня обратилась к нему… А не ко мне!
— А у тебя есть знакомые стилисты?
— Нет.
Мля… Козлик, значит, в каждой жопе затычка. Лезет везде без мыла… Крутится возле Сони. И она его не прогоняет…
— Что он за тип вообще? — спрашиваю Михея.
Знаю, что они знакомы с прежних времен.
— Типичный мажорчик. Был.
— Был?
