Нострадамус полностью

Завершает этот критический ряд памфлет некоего Жана де Ла Дагеньера, еще более резкий, чем оба предыдущих. В названии его также обыгрывается имя провансальского пророка: «Чудовище кощунства (Le Monstre d'abus), изначально описанное на латыни магистром Жаном де Ла Дагеньером». Вышел он в Париже в типографии Барб Реньо. Возможно, однако, что на самом деле этот пасквиль был напечатан в кальвинистской столице Женеве и автор лишь прикрылся именем первой французской книгоиздательницы Барб Реньо – дочери Франсуа Реньо. С другой стороны, «настоящая» Реньо в 1563 году издала фальшивый альманах Нострадамуса. Особо отметим, что критика во всех известных нам случаях касается исключительно альманахов и не содержит никакого намека на «Пророчества».

Изобретательный Ла Дагеньер, помимо всего прочего, бросил Нострадамусу в лицо обвинение в еврейском происхождении; от его альманахов-де «за версту разит иудаизмом»: «Провансалец [зовет тебя] „обманщиком“, „безумцем“, и (что намного чаще) – „обрезком“, словом, которое, как мне кажется, употребляют почти что исключительно в Провансе и которое используется для обозначения выходцев из племен и родов Иудеи. Это я узнал от тех, кто впервые начал использовать его по твоему адресу, и у них есть все резоны, причины и аргументы называть тебя таким образом».[76]

Помимо одиозности обвинения (не будем забывать, что в Провансе за использование прозвища «обрезок» по отношению к крещеным евреям полагалось суровое наказание), оно было еще и несправедливым. В отличие от многих магов позднего Возрождения – таких, как Корнелий Агриппа и Гийом Постель, – Нострадамус подчеркнуто держался в стороне и от иудаизма, и от каббалы. Он утверждал, что унаследовал пророческий дар от прапрадеда по материнской линии Жана де Сен-Реми – то есть от христианской ветви своего рода. Нигде и никогда он не упоминал о еврейских предках своего отца. Что же до каббалы, то ее Нострадамус порицал даже в личной переписке: «Что касается господина Ферье, который отрицает, что можно что-то узнать благодаря юдициарной астрологии, он сам увидит, верны ли его суждения. [Хотя] довольно странно [слышать подобное] от человека, который вдохновляется каббалой».[77]

Составленный в 1558 году альманах на следующий год не сохранился, однако существуют два его английских перевода. В том же году вышла стихотворная сатира «Французская песнь на взятие Гиня и Кале», посвященная взятию герцогом Гизом в январе 1558 года Кале и других крепостей – последнего оплота англичан во Франции. Анонимный поэт возмущается тем фактом, что Нострадамус удачно предсказывал только губительные для Франции события, в то время как успехи французского оружия его не интересовали. Анонимный поэт также именует пророка «Монстрадабусом» и обвиняет его в потворстве «бургундцам» и их хозяевам (бургундцы в Столетней войне были союзниками англичан, а потом – испанских Габсбургов):