- У меня есть жена и двое детей. – Равнодушно говорит он, и меня больше бесит его спокойствие в голосе, чем неловкость от того, что я прямо в лицо заявила о сексуальной ориентации своему начальнику, пусть и бывшему. Тим разворачивается на своём кресле и подъезжает к совершенно другому столу. Твою мать, сколько их тут у него? Восемь? – Запомни: в бизнесе главное то, сколько денег приносят твои сотрудники. Ты приносишь мало. - Бывший босс вытирает салфеткой свой нос, а во мне играет дикое желание запихнуть эту салфетку ему в…рот. - Ты знаешь, где дверь.
Я нервно дышу и чувствую, как краснею, пытаясь убедить себя в том, что увольнение мне только послышалось, но понимаю, что это не так, когда Тим принимается что-то печатать в ноутбуке, будто меня здесь нет. Злость и обида бурлит во мне, как кипяченая вода в кастрюле, и я уже не могу остановить себя.
- Я забираю со стендов все пробники, которые мне нравятся! – Иду в сторону двери, но резко останавливаюсь. – И меня зовут Джен, козлина!
***
Как найти работу? Интернет? Объявления еще размещают в газетах? Нет, газеты уже вымерли так же, как и пейджеры. Но пейджерами еще пользуются в больнице, значит, в газетах тоже может что-нибудь быть. Рассказывать о моем увольнении родителям? Если да, то когда? Послать смс сейчас? Лучше папе. Может, рассказать на ужине? Наверное, лучше не говорить. Тогда где я возьму деньги, чтобы оплатить квартиру? Занять у Лиама? Нет, он и так потратил много на свадьбу. У друзей? Да я вообще не люблю брать в долг. Что делать дальше? Черт, я так и не купила кеды…
За три дня не прошло и секунды, когда я бы не думала о том, что я совершеннейшая неудачница. Завтра пятница, а это значит, что у меня остались сутки, чтобы решить, буду ли я рассказывать семье о том, что меня уволили.
Я не хочу абсолютно ничего: не хочу злиться, плакать, искать другую работу, выходить на улицу. Родители и Лиам звонили несколько раз, но я просто написала в чате, что подхватила инфекцию и валяюсь дома и что приезжать ко мне опасно для здоровья. Сама же я третий день сижу в спортивных штанах, которые растянулись на коленках, и в футболке с «Сумерками», питаясь исключительно пиццей или китайской едой. Не хочу ничего готовить. Может, я переем соуса терияки и умру? По крайней мере, это будет приятная смерть.
В дверь стучат, и я подскакиваю, чтобы открыть. Я заказывала пиццу, наверное, это она.
Открываю дверь, и мои глаза расширяются от неожиданности настолько, насколько только возможно. Передо мной стоит далеко не разносчик пиццы, а Томлинсон собственной персоной. От его потрясающего вида в желтом свитшоте и черных спортивных штанах с белыми лампасами я теряюсь, поэтому просто захлопываю дверь прямо перед носом Луи. Надеюсь, он не успел разглядеть то, в чем я одета.
Может, мне показалось? Я не проветрила в комнате после того, как пыталась накрасить ногти, вполне возможно, что я просто поймала небольшие галлюцинации. Открываю дверь еще раз, но Томлинсон выглядит слишком реально, чтобы быть плодом воображения. Он стоит с одной поднятой рукой, приготовившись постучать еще раз. Снова паникую и закрываю дверь. Черт, Джен, что за фигня?
- Ты будешь открывать дверь еще раз? – Слышу я голос Луи за дверью.
- Да. – Говорю я, но открывать ее не спешу. – Что ты здесь делаешь?
- Мне отвечать через дверь, или ты все-таки впустишь меня?
Понимаю, что привести в порядок я себя уже не успею. Хотя, какая разница? Томлинсон видел меня с аллергией на краску для волос, когда моя голова больше походила на огромный синий воздушный шар. Открываю дверь в третий раз, контролируя каждое свое движение, чтобы снова ее не захлопнуть.
- Дерьмово выглядишь, Пейн. – Улыбается Томлинсон. – У тебя что, вечеринка с вампирами? – Он кивает на мою футболку, с которой на Томлинсона смотрит заляпанный соусом Эдвард Каллен.
- Ты пришел, чтобы это сказать? – У меня нет желания и сил вступать с ним в перепалку, и могу признаться, что Томлинсон немного расстраивается, что я не отвечаю ему, понурив плечи.
- Нет, - он бесцеремонно проходит в квартиру, даже не сняв кеды. Ладно, у меня и так бардак, грязная обувь явно не усугубит положение. – Наоми попросила передать тебе твое платье для свадьбы.
Только сейчас я замечаю, что Луи держит в руках белый чехол для одежды, через который можно увидеть очертания бордового платья. Он протягивает его мне, я забираю платье и кидаю его на кресло. Моя семья так боится заразиться моей придуманной болезнью, что послала Томлинсона, чтобы передать платье, потому что его не жалко?
- Почему Наоми или Лиам не приехали? – Луи уже стоит на моей кухне и заглядывает в холодильник.
- Наоми пытается найти ателье, в котором ей подошьют подол платья, Лиам уехал в Нью-Йорк по работе, твой отец проверяет какие-то документы, а мама пытается организовать еще одну встречу в загородном клубе. – Он разворачивается ко мне с недовольным лицом. – Почему у тебя в холодильнике только пиво и йогурт? – Он достает единственную бутылку колы. Как он вообще ее нашел, я не была в магазине три дня?
