- Я… эм. Не видела вас. Вообще я ходила за яблоками, но теперь… да. - Тараторю я и, быстро развернувшись, бегу в сторону выхода, слыша бесконечные выкрики своего имени.
Что, Пейн, насмотрелась фильмов и захотела драмы? Получай.
Может, мне показалось? Может, я заснула за столом под тост тёти Джоаны, и мне просто снится дурацкий сон? Тогда почему боль в груди слишком ощутимая и реальная, а картинка целующихся Луи и Киры в голове слишком чёткая?
Чтобы добраться до шатра требуется меньше минуты, но за это время в мою голову врывается столько мыслей, будто я бегу двадцатикилометровый марафон, а не делаю пару шагов. Мыслей настолько много, что они меняются с каждой наносекундой, и ни за одну я не могу ухватиться, чтобы сложить полную картинку.
Луи целовал Киру. Кира целовала Луи. Они целовались.
Каждое мысленно произнесенное слово отдаётся оглушающим ударом по голове, и я иду, не слыша вокруг абсолютно ничего, будто я в фильме, в котором отключили звук. Спустя шесть лет столько слов и признаний, но для чего? Для того, чтобы в конце концов выйти победителем и унизить меня точно так, как и всегда. Ну конечно, точно так, как и всегда.
Чего я ожидала и на что надеялась, когда открылась Луи и решила поверить в слова, которые он говорил мне? Я как маленькая девочка думала, что такой парень, как Томлинсон, изменит образ своей жизни из-за моей детской непосредственности, но такие парни, как Томлинсон, просто самоутверждаются за счёт девушек вроде меня. Получается, я была чем-то вроде не помеченного пункта в его списке, и, конечно, он не мог оставить этого просто так.
Я вылетаю на улицу, и свежий воздух бьет по голове так, будто меня с двух сторон ударили музыкальными тарелками. Чувствую себя муравьем, по которому проехались самокатом, но убили не до конца. Или же девочкой старшеклассницей, которую обидел самый взрослый мальчик в школе, в которого она была безнадёжно влюблена много лет. Теперь я стараюсь думать о муравьях, чтобы отвлечься хоть на что-то и не привлекать к себе внимания, но в голове лишь картинка того, как муравей с головой Луи ползёт у меня под ногами, а я наступаю на него, вытирая подошву своих кроссовок об асфальт.
На место разочарования быстро приходит ярость, и я топаю ногами настолько сильно, будто могу разломить целую планету пополам. Часто дышу и успокаиваюсь, чтобы не развернуться и не надавать Луи по его самодовольной роже, а заодно протащить Киру по всему саду за её идеально уложенные волосы.
- Джен! - Теперь я отчётливо слышу запыхавшийся голос где-то позади, но твёрдо решаю не оборачиваться. - Дженнифер, подожди! Господи, Пейн, просто дай мне все объяснить.
На нас уже смотрят люди, и я сражаюсь с желанием закончить это представление, чтобы все не переросло в ещё больший переполох и, не дай бог, не дошло до Лиама и Наоми в день их свадьбы, и с игнорированием Томлинсона и ситуации в целом, включая проведённую вместе ночь.
- Пейн, выслушай меня! - Кричит Томлинсон и, хватая меня за руку, разворачивает к себе. Смотрю на своё запястье, которое крепко сжимает Луи, и он поспешно убирает свою руку.
- Давай просто забудем, ладно? - Устало говорю я. - Я имею в виду, забудем всё.
Как бы больно и обидно мне сейчас не было, это день Лиама и Наоми, и его ничто не должно испортить. Я снова ухожу, подойдя к шатру совсем близко. Луи все ещё выкрикивает мое имя, и лишь громкая музыка спасает нас от того, чтобы быть услышанными.
- Черт, да остановись ты хоть на секунду и послушай, что я тебе скажу! - Просит он, и его умоляющий тон окончательно раздирает меня пополам.
- Я не хочу тебя слушать, Томлинсон! Черт возьми, я ведь знала, что все выйдет именно так! - Кричу я. - Я не удивляюсь тебе, не удивляюсь тому, что только что видела, я удивляюсь, как я могла поверить тебе.
- Джен, я знаю, что это прозвучит ужасно глупо, но это не моя вина. Я бы никогда не поступил так с тобой, ты же знаешь!
- Ты серьёзно думаешь, что я поверю в это? С твоей бурной фантазией мог бы придумать что-то более оригинальное.
- Я не обманываю тебя. Кира позвала меня помочь, я пошёл в дом, и потом она…
- Что потом? - Я окончательно срываюсь. Отношение Луи ко мне, его идиотские предлоги и оправдания на протяжении шести лет капали на меня, но сейчас я ими переполнена. - Она поцеловала тебя? Или ты просто не смог удержаться? Точно, - усмехаюсь я, - решил выполнить “программу максимум”. Кто следущий, Томлинсон? Гленн? А, может, Розали?
- Черт! - Томлинсон нервно проводит руками по голове, резко роняя их вниз. - Джен, хватит! Я понимаю, как это выглядит, понимаю, что ты не веришь мне, но я не вру. Я никогда тебе не врал.
Луи берет меня за руки и пытается притянуть ближе хотя бы на миллиметр, но я отклоняюсь назад. Томлинсон всегда умел красиво говорить, и я боюсь, что это его очередная уловка, чтобы я не рассказывала Лиаму о том, что его друг полный осел. Луи знает, что Лиам не оставит эту ситуацию просто так, он всегда заступается за меня.
- Не трогай меня! Хватит.
- Я не отпущу, пока ты выслушаешь меня до конца!
