Может, мама действительно права. В некотором роде я и правда безответственна, но меня устраивает такая жизнь. Я не люблю ничего планировать, я люблю просто… жить? Четкое расписание и планы на будущее для меня, как маленькая клетка для огромного ястреба. Возможно, проблема в том, что я просто этого не умею: не умею приходить вовремя, не умею выполнять обещания, не умею концентрироваться, но не такая уж это проблема, так? Что плохого в том, что я до ужаса не хочу ограничивать себя рамками времени и пространства, я просто хочу чувствовать жизнь и понимать ее? Если я желаю посмотреть на закат, то еду на залив Массачусетс; если хочу окунуться в теплую меланхоличную атмосферу, я иду ночью на ближайшую остановку, смотрю на проезжающие мимо машины и зажигающиеся фонари и слушаю песни Snow Patrol. Из таких мелочей и складывается моя жизнь, и я считаю это потрясающим, потому что, делая то, что мне хочется и когда мне хочется, я чувствую то, к чему стремлюсь всю жизнь – свободу.
Выбегаю из дома и покупаю хот-дог, который приходится есть на ходу, чтобы не опоздать. Как-то смотрела одну передачу, где рассказывали, что от употребления пищи на бегу можно умереть, но какой идиот в это верит?
Ловлю паническую атаку ровно на секунду, смотрю на этот несчастный хот-дог и решаю остановиться. Я делаю это только для того, чтобы поймать такси, а не из-за дурацкой передачи. Вовсе нет.
Добираюсь до свадебного агентства, адрес которого мне скинула Ми еще вчера. Офис расположен в модном бизнес-центре, больше похожим на малюсенький район где-нибудь в Лондоне, который застроен двухэтажными домами на ровно подстриженном газоне. Ни одной травинки не торчит, интересно, садовник самостоятельно измеряет их линейкой?
Я верчу головой по сторонам, пытаясь найти седьмой дом, а мимо меня проходят стройные девушки в деловых костюмах с туфлями на каблуках, и я уже пожалела, что пришла в толстовке и кедах. На контрасте с ними я выгляжу, как Ральф. Наоми говорит, что я одеваюсь, будто мне шестнадцать, на что я отвечаю, что стрит стайл и кэжуал сейчас на пике популярности. Взяла эту фразу в качестве хорошей отмазки в каком-то онлайн-журнале.
Около входа в офис свадебного агентства я вижу Луи. Он стоит с одной сигаретой в руке, и с другой за ухом, оперевшись спиной на кирпичную стену здания, и внимательно смотрит в телефон, улыбаясь во весь рот. Сначала хочу зайти в офис незаметно, чтобы избежать очередного бессмысленного разговора с Томлинсоном, но потом все же останавливаюсь около него, чтобы поздороваться. Увидев меня, Луи улыбается еще шире, от чего в уголке его глаз появляется множество маленьких морщинок.
- Как раз тебя вспоминал! – Радостно говорит он, поднимая телефон вверх. – Господи, Пейн, скажи, что это просто майонез у тебя на щеке, иначе через секунду я начну вопиюще пошло шутить.
Гребаный хот-дог. Закатывая глаза, отчего Томлинсон усмехается, и поспешно вытираю рукой свою щеку. Ни один житель Бостона не сказал мне, что у меня соус на щеке. И в наше время мы еще говорим о доброте.
- Настолько соскучился, что решил сохранить все мои фотки к себе на телефон?
- В моем телефоне фотографии тебя исключительно в состоянии пьяного угара. Не думаю, что над фоткой, где тебя тошнит в вазу, можно умиляться и тосковать по тебе.
Стою и смотрю на Томлинсона, пытаясь прожечь дыру прямо у него во лбу. Парень шмыгает носом и в очередной раз усмехается.
- Да ладно, расслабься. Всего лишь пересматриваю видео с твоим тостом. – Говорит Луи, затягиваясь и медленно выпуская дым сигареты изо рта.
- Ты что, слил мой тост на ютуб? – Громко спрашиваю я, выхватывая телефон Томлинсона, чтобы убедиться, что парень не врет. И он не врет.
- Триста тысяч просмотров за неделю, Пейн, ты восходящая звезда.
Может, никто не сказал мне о соусе на щеке, потому что подумали, что я та самая сумасшедшая тамада из ролика на ютуб? И как только они скажут мне хоть слово, я начну объяснять правила свадебных конкурсов?
- Вот, черт! – На видео как раз тот самый момент, когда я чокаюсь своей бутылкой с бокалом мужчины. Хрусталь разбивается, а глаза мужчины в черном костюме становятся настолько огромными от неожиданности, что кажется, будто они сейчас выскочат и пробегут стометровый кросс. Я бы, конечно, посмеялась над таким видео, если бы в главной роли была не я, поэтому просто закрываю свое лицо рукой. – Это плохо, очень плохо.
- Плохо? – Теперь уже Томлинсон громко смеется, зажимая сигарету губами. – Пейн, «Бёрдмэн» - вот, что плохо, а твой тост просто катастрофа. – Я пихаю его в плечо, но не могу сдержаться от того, чтобы самой не улыбнуться. - Видок не очень. – Говорит Луи, убирая телефон в задний карман джинсов. – Бурная ночка?
- Не твое дело, Стивен Спилберг. – Томлинсон тушит сигарету о стену и выкидывает ее в урну около входа в офис. – Не знаешь, моя мама уже здесь?
