Взяла ботинки в левую руку и выскользнула из комнаты, осторожно переступая по проверенным половицам, которые лишь для меня мерцали магическим огнём.
Чем ближе я подходила к лестнице, тем отчётливее становились голоса и родительской спальни.
— Сначала многолетняя связь с Тровато, потом это странное назначение, драка в университете, а теперь суд. Чего ждать дальше? Беременности от безродного? — тихо негодовал отец, и я замерла, не веря своим ушам.
— Ты же сам пригласил этого мальчика в наш дом, — возразила мама, — они оба расценили это, как одобрение их дружбы.
— Дружбы, Стефания! Дружбы! Не более. Я приглашал мальчишку к нам в дом, чтобы эти двое всегда были на виду и не наделали глупостей. Сейчас, когда она уже взрослая женщина, она должна понимать, что у этого союза нет будущего ни для неё, ни для него. Даже после стольких лет служения Горацио Торрагоссе, Юстиция не посчитала его достойным, это что-то да значит. Я думал, Немо понял меня после нашего последнего разговора, но вот он опять заходил сюда, и Белла сказала, что он непозволительно долго времени провёл с ней на кухне? Наедине! Чем они там занимались?
Изабелла и её длинный язык! Зачем она это сделала?!
— Милый, остынь. Они разберутся сами, — попыталась успокоить отца моя мама.
— В том-то и дело, не разберутся. А потом ей жить с этим. С упущенными возможностями и винить только себя и его! Несколько лет, и они возненавидят друг друга.
Чем закончился их разговор, я уже не слушала. Размазывала злые слёзы по щекам, пока сбегала по лестнице. Я уже даже не скрывала своего присутствия. Пусть знают, что я все слышала.
В прихожей чуть замешкалась, слишком долго возилась с замками и услышала взволнованный голос отца.
— Юри, постой. Юрианна!
Обернулась, наградила его своим самым холодным взглядом, а после зло толкнула дверь обеими руками.
Разговора все равно не избежать, мне ещё нужно будет вернуться за Септимусом. Одно я знаю точно, ни оправдываться, ни спорить я с родителями не буду. Они правильно сказали, я взрослая женщина, у меня есть крыша над головой, своя работа, а если им не нравится мой выбор, то мне плевать.
Знать бы только, что отец наговорил Немо?
Обувалась уже на крыльце. Спешно завязала шнурки, накинула капюшон и рванула вниз по улице. Пробежала несколько кварталов и, осознав, что отец за мной не гонится, остановится и зябко поежилась от непривычной для этого времени года прохлады. Туман стелился над мостовой, облизывал подъездные дорожки и входные двери домов. По мощеным дорогам мчались мрачные дилижансы с зажженными фонариками. Ну и ночка!
Нужно было договориться с братом и пойти вместе. Страшновато добираться вот так одной. Но мне хотелось убежать, выбросить из головы те гадкие слова моего отца. Поверить не могу, что все это время он относился к Немо
Я жалась ближе к домам с горящими окнами и старалась быстрее переставлять заплетающимися ногами. Со стороны я наверняка напоминала напуганного воришку. Крадусь в ночи, оборачиваюсь и дёргаюсь от каждого шороха. Во всем Фероци сегодня я самая подозрительная личность, ещё и без шести дней с судимостью!
Только у городских ворот я слегка расслабилась, когда прошла мимо молчаливой городской стражи. Даже приятно встретить хоть кого-то в этот час. У меня лениво проверили документы, и я уже бодрее зашагала к коттеджу.
Туман становился всё гуще. Видимо, это озеро Агренто сегодня шалит, нагрелось за день и теперь тянется своими щупальцами к городу. Прямо как мой Септимус.
Коттедж я разглядела лишь когда врезалась коленями в покосившийся забор, который после сегодняшнего столпотворения стал ещё более редким. Караульных, как и сказал Марко, давно отпустили, и теперь тут не было ни души.
Дернула закрытую дверь. А ключи-то так и остались у меня на столе в кабинете. Хорошо хоть, что в чужих руках они бесполезны и не откроют архив.
Осторожно обошла дом в поисках окна. Под ногами хрустнуло битое стекло, и я чуть не вскрикнула от ужаса. Да что со мной такое?
Подтянулась на руках, стараясь не порезаться о торчащие осколки, зацепилась ногой за неровности стены и с громким оханьем перевалилась внутрь конторы.
Не успела я отряхнуть ладони от пыльной крошки, как услышала хлёсткое:
— Нон мовере!
Меня тут же сковало по рукам и ногами и отбросило к дивану лицом вниз. Да как же так? Даже язык не слушался. Я могла только беспомощно мычать, пока неизвестный медленно, но неотвратимо подходил ко мне.
Грубый рывок за плечо заставил меня сесть и заглянуть в жуткие пылающие магией глаза. Они горели тёмно-фиолетовым, как если бы чернила Оптимуса подсветили яркой лампой.
— Юри? — выдохнул Немо, скинув с меня капюшон, и тут же тряхнул головой, избавляясь от пугающей магической ауры. — Зачем крадёшься в свою же контору? Виндиктам!
Оцепенение спало, и я буквально повалилась на Маэстро вперёд. Он подхватил меня, а я изо всех сил вцепилась ему в предплечья.
