Внутри не оказалось ни турникетов, ни охраны, ни контролеров, вообще ничего лишнего. Только небольшой круглый зал с полом, покрытым мозаикой. И несколько вместительных лифтов, деловито принимавших в себя порции пассажиров. Присоединившись к одной из групп, мы спустились на станцию, но рассмотреть ее как следует я не успел: почти сразу подъехал наш поезд, и Ольга чуть не силком затолкала меня в чрево вагона.
Внутри было просторно и малолюдно. Пассажиры не обращали друг на друга никакого внимания, уткнувшись каждый в свои развлечения: кто-то общался с друзьями через комм, другие что-то читали или рассматривали. Сидения были мягкие, располагались поперек вагона. Раздался дзынь, двери закрылись. Я не сразу понял, что вагон тронулся. Через несколько секунд в окна полилось солнце. Я увидел синее летнее небо с легкими облаками и, наклонившись к окну, разглядел проплывающий внизу, метрах в пятидесяти под нами, город. Наш путь пролегал прямо над крышами.
- Так это подземка или воздушка?! - я открыл рот.
- Мы под землей. Здесь нет окон. То, что ты видишь на их месте, - иллюзия. Точнее, не иллюзия, а реальный вид на то место, где мы в данную секунду проезжаем, только не из-под земли, а сверху. Ноусфера и не такое позволяет. Если хочешь, включи то же самое, только минус 100 лет, посмотришь, как жили предки.
- Не нужно, как жили предки, я и сам хорошо помню, - я разглядывал проносящиеся внизу улицы, причудливые знания, скверы. Скорость лишь на секунду позволяла задержать взгляд, и картинка улетала прочь. - Зачем столько сложностей?
- Ты про окно? Для эстетики. Сделать несложно. А людям приятно, - Ольга отвечала отрывисто, погрузившись в свой комм.
Я отвернулся к "окну", продолжив созерцать пейзажи. Неожиданно картинка за окнами резко сменилась, разлилось тропическое спокойствие: лазурные океанские волны неторопливо накатывали на берег, покрытый мелким белым песком. За полоской песка шумели пальмы, а между ними носились в воздухе птицы ярких расцветок. "Попугаи, колибри, длиннохвостые ширококлювы, черноголовые питты..." - приятный женский голос стал нашептывать мне на ухо названия птиц, которые попадали в поле зрения. Опасаясь, что невидимый комментатор вот-вот сорвется на латынь и прочитает мне лекцию по орнитологии, я перевел взгляд на другое окно. Там под сенью высоких стволов с разлапыми кронами и в окружении кустистых деревцев ("Анакардия западная, макадамия, масличная пальма, олива...") уютно устроилось небольшое бунгало - настолько симпатичное с виду, что мне тут же захотелось шагнуть из вагона и сию же секунду оказаться в этом жарком раю. "Разве это не счастье, - продолжила орнитолог-невидимка, - провести последние дни в таком раю, своем, и только своем... не правда ли, Марк?" Я вздрогнул и закрутил головой по сторонам в поисках источника звука.
- Ольга, - позвал я шепотом, - что это за фигня? - я указал на голову и покрутил пальцем в воздухе. - Девушка какая-то, голос, тропический остров...
- Какой голос?.. - Ольга расхохоталась.
Несколько пассажиров, сидящих поблизости, отвлеклись на секунду от своих занятий, чтобы взглянуть на источник шума, но тут же потеряли к нам интерес.
- Персональная реклама, - отсмеявшись, пояснила Ольга.
- И за что мне такое счастье?
- За трудовые заслуги. Заработал на собственный остров - наслаждайся рекламой про жизнь в тропическом раю. Ленился всю жизнь - получи вид на Золотое кольцо и санаторий в Алуште. По размеру счета и предложение.
- А что, если я вообще не хочу смотреть на тропики? Почему меня никто не спрашивает?
- Потому что ты рекламу в общественном транспорте не отключил. Вероятно, ты им давно не пользовался. Найди иконку рекламы под любым из окон или дай голосовую команду. Со счета спишутся нолики, зато за окнами будут показывать что угодно по твоему выбору.
Пошарив глазами по созвездию иконок, прятавшемуся под окнами и неприметно перемещавшемуся вслед за моим взглядом, я нашел нужную и запустил интерактивное окно. "Только сегодня и только для тебя, Марк! Остров в Восточной Полинезии - всего за двадцать четыре миллиона девятьсот девяносто девять..." - радостно вещала невидимая рекламщица. Одновременно перед моим взглядом высветилось табло с личным денежным счетом. На этот раз я дал себе труд сосчитать количество "ноликов" и прикинул, что если позарюсь на личный остров, то денег мне хватит как раз, но питаться останется порхающими вокруг бунгало какаду и растущими на пальмах кокосами. Не вариант. Хотя... с учетом недолгого времени, которое мне осталось, я еще и пошиковать там успею!
- Слушай, Ольга, а давай рванем вместе на остров! - предложил я в приступе внезапного энтузиазма. - Выпишем твою лабораторию, ты меня будешь... эм-м-м... обследовать, а в свободное время будем загорать и купаться? И вложение хорошее: кто знает, какая покупательная способность будет завтра у "ноликов"! А остров никуда не денется: оставлю жене и детям в наследство, никто меня в расточительстве не упрекнет!
