— Врежьтесь в глубь человеческого мозга, — говорил Кейтин записчику. — На полпути от конечного до продолговатого мозга вы найдете гроздь нервов, напоминающую фигуру человека, но ростом в сантиметры. Она соединяет воздействия на органы чувств, возникшие за пределами полушарий, с психическими абстракциями, формирующимися в мозгу. Уравновешивает восприятие мира вовне с познанием мира внутри… Врежьтесь в глубь расхлябанного сплетения интриг, что единой сетью крепит мир к миру…
— Привет, Кейтин.
Кейтин воззрился на него сквозь горячую рябь от лавы.
— …привязывает звездную систему к звездной системе, хранит единство структур солоцентрического сектора Дракона, Федерации Плеяд и Внешних Колоний: вы обнаружите вихрь дипломатов, выбранных или самоназначенных чиновников, честных или коррумпированных, смотря по обстоятельствам… короче, правительственную матрицу, принимающую форму мира, который она представляет. Ее функция — реагировать на и уравновешивать социальное, экономическое и культурное давление, а оно смещается и пронзает империю… Ну а если кто-то сможет врезаться в глубь звезды, в центре, окруженный пылающим газом, обнаружится столп чистой ядерной материи, сферический или сплющенный, как и форма самой звезды. Во время солнечных возмущений этот центр прогоняет вибрации от возмущения сквозь звездную массу, чтобы погасить их, породив приливы и отливы на ее поверхности… Иногда крошечные тела, уравновешивающие перцептивное давление на человеческий мозг, делают что-то не то. Часто правительственная и дипломатическая матрица не в силах справиться с давлением миров, которыми правит. А когда что-то идет не так в уравновешивающем механизме звезды, рассеивание невероятной звездной мощи сдвигает по фазе титанические силы, отчего звезда становится…
— Кейтин?
Кейтин выключил записчик и посмотрел на Мыша.
— Что ты делаешь?
— Заметки для моего романа.
— Для чего?
— Архаическая форма искусства, вытесненная психорамой. Увы, она была способна на исчезнувшую нюансировку, как духовную, так и творческую, которой более непосредственная форма пока не достигла. Мыш, я — анахронизм. — Кейтин улыбнулся. — Спасибо за мою работу.
Мыш пожал плечами.
— О чем это ты говорил?
— О Психологии. — Кейтин положил записчик в карман. — О Политике и Природе. Трех «П».
— Психология? — переспросил Мыш. —
— Ты умеешь читать и писать? — спросил Кейтин.
— По-турецки, гречески и арабски. С английским хуже. У букв нет ничегошеньки общего со звуками, которые издаешь.
Кейтин кивнул. Он тоже был слегка пьян.
— Глубоко. Вот почему английский — отличный язык для романов. Но я упрощаю сверх меры.
— Так что там с психологией и политикой? Насчет природы я в курсе.
— В особенности, — сказал Кейтин змеящейся, светящейся полоске жидкой лавы, что ползла в двухстах метрах внизу, — с психологией и политикой нашего капитана. Они меня интригуют.
— Что с ними такое?
— Его психология в данный момент любопытна просто потому, что неизвестна. У меня будет возможность наблюдать за ней в процессе. А вот политика брюхата возможностями.
— Да? И что это значит?
Кейтин сложил пальцы в замок и уравновесил подбородок на костяшке.
— Я учился в институции высшего знания на развалинах некогда великой страны. На той стороне двора, почти напротив, стояло здание Психонаучной лаборатории фон Рэя. Весьма недавнее добавление — ему, я полагаю, лет сто сорок.
— Капитана фон Рэя?
— Подозреваю, его дедушки. Пожертвование университету в честь тридцатой годовщины дарования Палатами Дракона независимости Федерации Плеяд.
— Фон Рэй — из Плеяд? Он говорит не так, как тамошние. Себастьян и Тййи — да, по ним слышно. Ты уверен?
— Безусловно, там — владения его семьи. Вероятно, он шатался по всей Вселенной, путешествовал на таких судах, что и мы бы с радостью. Сколько ты поставишь на то, что у него собственный грузовик?
— Он не работает на какой-то синдикат?
— Разве что им владеет его семья. Фон Рэи, наверное, самый могущественный клан в Федерации Плеяд. Не знаю, кто у нас капитан — седьмая вода на киселе, которой свезло обзавестись именем, или же прямой наследник и отпрыск. Я знаю другое: это имя связано с контролем и организацией всей Федерации Плеяд; это семейство из тех, у которых есть дачка во Внешних Колониях и особняк-другой на Земле.
— Так он большой человек, — прохрипел Мыш.
— Именно.
— А что это за Князь и Лала Красные, о которых он говорил?
— Ты настолько дремуч — или всего лишь продукт сверхспециализации тридцать второго века? — спросил Кейтин. — Я порой мечтаю о возвращении великих ренессансных фигур века двадцатого: Бертрана Рассела, Сьюзен Лангер, Пейта Дэвлина. — Глянул на Мыша. — Кто, по-твоему, производит приводы любой системы, на выбор, межпланетные и межзвездные?
— Корпорация «Красное смещение»… — Мыш оторопел. — Эти Красные?
— Не будь он фон Рэем, я бы предположил, что он говорил о какой-то другой семье. Но он — фон Рэй и очень вероятно, что говорит именно об этих Красных.
— Черт, — сказал Мыш.
