Новая Ева полностью

– Но это же бессмыслица! Кто-то из сотрудников Башни, тайно работающий на фриверов? Кто мог так рисковать? – спрашиваю я, роясь в памяти в поисках любых подсказок о том, кто может быть их инсайдером. – Доступ к информации такого рода требует многолетней работы, доверия…

– И жертв, – прерывает Фрост более серьезным тоном.

– Жертв? – переспрашиваю я.

Фрост кивает. – Надо отказаться от собственной жизни, распрощаться со своей семьей, любимыми. – Голос Фроста дрожит, словно эмоции застали его врасплох.

Он видит, что от меня не ускользнула его минутная слабость, и откашливается.

– Нужно быть исключительно преданным делу. Бороться за свою веру, за справедливость, – ворчит он.

– Оставить это ради работы в Башне? Кто ж не согласится? – Я разглядываю струйки воды, просачивающиеся сквозь трещины в стенах.

Фрост выхватывает у меня из рук фотографию. – Если это место не соответствует твоим стандартам, я уверен, что организовать обратное путешествие к Башне не составит особого труда. Их сканеры совершают облеты поверхности воды каждые полчаса, и ты ожешь запросто подняться наверх, чтобы встретиться со старыми приятелями. – Фрост встает и делает шаг к двери, собираясь уйти.

– Нет, стойте! Мне нельзя возвращаться. – Я киваю на фотографию в его руке, и он задерживает на ней взгляд.

– Да, думаю, это действительно не прописано в твоей должностной инструкции, – говорит он, тыча грязным пальцем в наши соприкасающиеся губы. – Сынок босса по уши влюбляется в девушку-спасительницу, как и любой другой горячий парень, у которого мозги в штанах.

– Все было не так, – огрызаюсь я.

– Ах, дай-ка угадаю, у вас все по-другому. Она действительно неровно дышит к тебе, – насмешливо произносит он, отчего я чувствую себя глупым мальчишкой. В его устах это звучит совершенно нелепо.

– О, я тебя умоляю. Знаешь, скольких парней мы вызволили из Башни именно по этой причине? Ладно, может, они не такие профи, как ты, но это не меняет дела. Лишь только появившись на свет, Ева стала мечтой каждого мужчины на планете Земля, фантазирующего о том, как она безумно влюбится в него. Каждый из моих парней думал так же, как ты. Половина из них, не сомневаюсь, до сих пор грезит о ней. Ты же не думаешь, что мне удалось привлечь ораву мужиков, построить это место, потому что они хотят служить правому делу? – Он смеется. – Не-а. Они здесь, потому что каждый из них, даже если не признается в этом и самому себе, чувствует, что у него есть шанс стать ЕДИНСТВЕННЫМ мужчиной, кого полюбит ЕДИНСТВЕННАЯ девушка. Или, по крайней мере, надеется получить хоть немного внимания. – Он сует мне в руки фотографию. – Счастливчик ты, сукин сын.

– Кто-нибудь здесь знает об этом? – спрашиваю я. Интересно, как фриверы отнесутся к еще одному влюбленному в Еву идиоту?

– Пока нет. У нас тут свои уровни секретности. Это пришло непосредственно от нашего источника прямо ко мне.

Я вздыхаю. Хоть это утешает.

– Но они узнают достаточно скоро, – добавляет он. – Ваши отношения, или как бы ты это ни называл, могут пригодиться для дела.

– Пригодиться? – спрашиваю я. – Вы хотите использовать меня?

– Здесь у всех есть свое предназначение, парень. Иначе никого бы тут не было, – отвечает он.

– Вы не знаете Еву так, как знаю ее я, или как она знает меня, – кричу я ему вслед, когда он выходит из комнаты и исчезает в темном коридоре своей штаб-квартиры.

Я знаю, что мои слова звучат бредово – это бред и есть, полное безумие. Это то, о чем думает каждый идиот, начинающий работать в Башне. По статистике, именно по этой причине 99 процентов мужчин рвутся работать там, и потому-то в Башне никогда нет вакансий. Получив работу в Башне, вы не оставите ее до самого выхода на пенсию. Или до самой смерти… Или безумно влюбитесь в Еву, едва не схлопочете пулю от охранников во время своего побега и удерете с кучкой фриверов. Господи, Брэм, что, черт возьми, происходит?

Я хватаюсь за голову, пытаясь усмирить разбушевавшийся разум. Раздается стук в дверь.

– Можно войти? – пробивается сквозь щели голос Сондерса.

– Конечно, – отвечаю я, даже не пытаясь скрыть свое мрачное настроение.

– Черт возьми, дружище, ты в порядке? – спрашивает он, устраиваясь на полу рядом со мной.

– Меня только что навестил Фрост, – объясняю я.

– А, понятно. Ну, он крутой чувак, но за всей этой растительностью на лице скрывается добрейшей души человек. Искренний и настоящий. Не как большинство здешних недоумков. Что он тебе сказал?

Я протягиваю ему фотографию. Если все равно это станет известно всем, почему бы Сондерсу не быть первым? Он узнает Купол так же быстро, как я. Для пилота это место – как дом родной.

У него челюсть отваливается. Он изучает глянцевую поверхность фотографии, поворачивает ее к свету, чтобы рассмотреть все до мелочей. – Ты на самом деле поцеловал ее? – шепчет он.

– Нет, – отвечаю я. – Она поцеловала меня.

Молчание.

– Ну, ты имеешь в виду, что она поцеловала Холли, – самодовольно ухмыляется он, словно пытаясь найти изъян в моей истории.

– Нет. Она поцеловала меня…

– Хочешь сказать, она знала, что это ты?