Г-жа Ван Даан. Да уж… Раз-два-три-четыре… Знаешь, детка, в юности у меня было море поклонников. Море! И отец мне говорил: «Если молодой человек распустит руки, скажи ему: «Господин, я порядочная женщина!». Тогда он поймет, с кем имеет дело». Я всегда так и поступала. И чего смешного?
Дюссель
Г-жа Ван Даан. Раз-два…. Доброе! три-четыре…
Дюссель. У меня день рождения, но я не планирую праздновать. Не те обстоятельства… А что у нас на завтрак?
Г-жа Ван Даан. Горох, сухарики и кофе. Суррогат, разумеется. Раз-два-три-четыре…
Анна. Кто хочет похудеть, добро пожаловать к нам в убежище.
Дюссель. А на десерт? Вы что не приготовили десерта? Мне сегодня снился тот пирог, что Беп приносила на день рождения Отто.
Анна. Восхитительный пирог с надписью «Конец войне в 44 году!».
Дюссель. И с яблоками. С яблоками!!!
Г-н Франк. Ну, тише, тише.
Анна. Пап, мне иногда кажется, что у меня здесь до конца войны все голосовые связки и все мышцы а-тро-фируют-ся.
Г-н Франк. Красивое слово.
Анна. Выучила по биологии.
Марго. Доброе утро.
Дюссель. У меня день рождения…
Г-жа Франк. Дорогая, ты что простудилась?
Марго. Нет, ничего, мам.
Г-жа Франк. Ох, это от сигарет. Конечно, просто невозможно…
Дюссель. У меня день рождения. Я, конечно, не планирую праздновать!..
Анна. Пап, ты сейчас будешь читать своего Диккенса?
Г-н Франк. Скорей всего, а что?
Анна. Ничего. Просто хорошо. У тебя во время чтения на лбу такая «читательская морщинка» – обожаю! Пап, послушай, я хотела с тобой посоветоваться. Как думаешь, прилично попросить господина Дюсселя, чтоб он хоть на пару часов уступал мне мой столик. Мне же всё-таки надо и заниматься, и писать…
Г-н Франк. Ну, конечно, попроси. Тем более,
Дюссель. Я не планирую праздновать.
Г-жа Ван Даан. Да, но поиграть с нами в одну игру вы же можете…
Дюссель. Поиграть? Августа, мне иногда кажется, даже вы иногда забываете, что я солидный уважаемый человек…
Г-жа Франк. И всё-таки. Холодно…
Дюссель. Вы с ума сошли? Духота!
Петер. Нет, очень холодно.
Анна. Можно обморозить нос – поберегитесь! Он вам пригодится.
Г-н Франк
Г-жа Ван Даан. А теперь, кажется, теплее, правда?
Г-н Ван Даан. Сейчас сгорите с потрохами.
Анна. Теплей!
Петер. Ещё теплее.
Анна. Справа жар.
Г-н Франк. Ещё правее. Да, да, да! Эврика!
Дюссель. Это что? Это мне? Мне???.. Подарок!
Г-жа Франк. Это от жены.
Дюссель. От жены??
Г-н Франк. Беп принесла …
Дюссель. От жены! От моей ненаглядной! Подарок. Лотта, прелесть моя, печенье! Лоточка! Масло, хлеб…
Петер. Масло.
Дюссель. Вот как она меня любит! Коньяк. Коньяк! цветы, апельсины…
Петер. Апельсины…
Анна. Господи, мне кажется, у нашего Дюсселя карманы сейчас просто вспухнут!
Марго. Сколько же у него карманов??
Дюссель. Яйца!
Анна. Тоже в карманы? О, нет.
Петер. Слюнки текут!
Марго. Неужели он спрячет всё это и не поделится? Невероятный человек. Мы же всё видели.
Анна. А кого это волнует? Господин Дюссель. Я хотела бы вернуться ещё раз к своей просьбе о столике.
Дюссель. Надо же! И это в день рождения. Так испортить человеку праздник.
Анна. Да я пишу исторический документ! Да сам министр образования Нидерландов выступал по радио, что все свидетельства периода оккупации станут всенародным достоянием.
Дюссель. Так ты у нас всенародное достояние? Поздравляю. В таком случае, без такой мелочи, как столик, ты легко обойдешься. Считаю вопрос закрытым.
Анна. Превосходный ответ… Как сказала бы госпожа Ван Даан… Достойный пример для всех нас.
Анна. Помочь?
Марго. Спасибо.
Анна. А знаешь, я ведь могла бы отомстить Дюсселю. Да ещё как.
Марго. Как?
Анна. Описать его в Дневнике совсем ужасным. Тогда он так и войдёт в историю.
Марго. Но ты же не станешь?
Анна. Ну…
Марго. Анна!
Анна. Я буду себя сдерживать – обещаю.
Вместе. …тельный характер!
Марго. Анна-Анна.
Анна. Что опять не так? Я просто хотела тебя развеселить.
Марго. Я удивляюсь, как ты умеешь веселиться, когда кругом столько горя. И опять вчера за ужином подшучивала над Петером. Он же такой беззащитный.
