Пора было принимать некоторые давно назревшие решения! И конечно я опасался… А здесь такой подарок — сразу трое самых влиятельных великих князей выключены из игры. Сергей убит, а Владимир с Алексеем потрясены случившемся и не ожидают от своего контуженого племянника каких-либо резких движений, восприняв предстоящее совещание некоей рутиной!
Хотя, вероятно, что в Питер они поехали, дабы присмотреть за властной Мама́, которую я при всех попросил приглядывать там за государственными делами… Тем более что она уже «повлиять» на меня и поставила на Москве своего протеже князя Святополк-Мирского.
«Ну а я её просьбе не сопротивлялся, поскольку воспринимал все эти политические игры, как явление сугубо временное и тактическое… Мне просто нужно было сохранять покамест отношения с семьёй Никки…»
В общем, я изрядно мандражировал, опасаясь последствий планируемых шагов, но с другой стороны — момент был крайне удачен! Да и, в конце концов, возможно, что я зря себя накручивал? Ведь опасения гипотетических «козней» во многом были связаны с незнанием и непониманием действительных мотивов «родственников».
Улыбнувшись, я довольно оглядел сопровождающих меня лиц — доктор Гирш, секретарь Танеев, Оболенский и оставшийся пока в Москве «брат» Михаил, неожиданно прибившийся ко мне героический спаситель государя «царь Кирюха» и двое его братьев Борис и Андрей, «дядья» Михайловичи — Сандро, Бимбо и Сергей, а также Победоносцев и прочие… И охрана. Много охраны…
«Приходится действовать наугад, но ничего не попишешь… Нету гербовой! А теперь, за дело — принц Фушими ждёт аудиенции!..»
Мероприятие с японцем прошло успешно. Я благосклонно выслушал поздравления «дорогого друга», заверил его в своём благорасположении к императору Мейдзи, к Японии в целом и лично к посланнику, и принял от Фушими коронационные подарки от микадо: статую орла из слоновой кости и ширму, расписанную в японском стиле.
Сувениры, надо сказать, выглядели достаточно стильно — всё-таки могут джапы в красоту! Позже ширму я оставил в своей комнате, а орла отправил в имении к Аликс — пусть полюбуется на туземное искусство!
А вечером на доклад, или, точнее, на совещание ко мне прибыли Витте, Лобанов-Ростовский, Столыпин, и вернувшийся из Петербурга Трепов. Также присутствовал и статс-секретарь Танеев.
— Добрый вечер, господа! — я назначил встречу в полюбившемся мне овальном зале Александрининского дворца, который потихоньку стал превращаться в большой рабочий кабинет императора всероссийского. — Прошедшие дни стали довольно-таки тяжёлым испытанием для меня.
— В нашем лице вы всегда сможете найти поддержку, ваше величество! — несколько высокопарно сказал Витте, пока я машинально проводил рукой по бритой голове, ощущая небольшой отросший ёжик…
— Я уверен в этом, Сергей Юльевич. У меня для вас несколько поручений, господа. Присаживайтесь к столу, сейчас подадут самовар.
Пока устраивались и ждали чай, я попросил Трепова рассказать о поездке.
— Как я уже докладывал в телеграммах, ваше величество, дело удалось уладить быстро. Вы оказались правы, говоря о том, что необходимо переводить вопрос в плоскость экономических отношений между рабочими и фабрикантами. К сожалению, многие владельцы предприятий патологически жадные персоны, выдаивают рабочих досуха, чем создают опасные бурления и питательную среду для революционеров и террористов.
— Я согласен с этим, ваше величество, — кивнул Витте, — В данном случае мы правильно поступили, поддержав ткачей. Дело могло кончиться большими погромами, даже и теперь недовольство сохранилось в некоторых местах.
— А ещё это по-христиански, — сказал я перекрестившись. — Нельзя людей низводить до скотов! И это касается всех подданных. На заседании Госсовета я объявлю об отмене выкупных платежей! Наши предки слишком затянули с этим пережитком средневековья!
В овальном зале повисла тишина, прерываемая звоном посуды, которую выставлял на стол лакей. Услышал меня и он, и также замер у самовара.
— Голубчик, как там тебя?
— Андрей Литовинов, ваше императорское величество, — вытянулся в струнку лакей.
— Так вот, Андрей, о том, что ты сейчас услышал молчок! Ты понял? Молчи, пока я не объявлю.
— Так точно, ваше императорское величество! Буду нем как рыба!
— Вот и славно.
— Это решение хоть и назрело, но вызовет много недовольств, ваше величество, — нарушил молчание Витте, дождавшись, пока лакей покинет кабинет, — Потребуется принятие жёстких мер для их пресечения.
«Да уж оплошность я совершил, быстро к слугам привык… Не замечаю… Ну да ладно…» — моё внимание снова вернулось к председателю кабинета министров империи.
— Сергей Юльевич, значит в главном вы со мной согласны? Отмена выкупных платежей, которые давно уже стали чугунной гирей на развитии нашей экономики, будет нам весьма полезна.
— Конечно согласен, — кивнул Витте.
— А вы что думаете, господа?
— Ваше величество, — первым начал отвечать Столыпин, как младший по званию, — Отмена выкупных платежей оживит деревню, у крестьян появятся средства к развитию хозяйств.
— И рынок сбыта для промышленных товаров… — добавил Витте.
