– Я вижу, мое поведение вам не нравится, но это Вегас, и ничто не помешает мне нюхнуть дорожку-другую с прекрасных упругих сисек мисс Молли Тупело.
Китаянка поднимается и уходит. На ее место тут же садятся другие.
Форти снова проигрывает.
– Это кара за то, что я нахамил узкоглазой? – орет он и хлопает стаканом по столу. Поднимается, проходит пару метров и шлепается за соседний стол. И все повторяется сначала. К нему подсаживается развязная девица в короткой юбке. А когда подходит пожилая азиатка и пытается устроиться рядом, он ее не пускает.
– Эй, леди, разве похоже, что мне нужна компания? Кыш отсюда!
Девица хохочет и говорит, что он классный. Форти разрешает ей остаться – только если она «принесет удачу». Она хихикает и обещает постараться.
Что за мерзость!
– Возможно, теперь госпожа Фортуна повернется к вам лицом. – Крупье улыбается.
– Лучше достань мне лицо из колоды, – требует Форти. – А вообще, знаешь… К черту!
Он встает. Я вскакиваю. Впрочем, далеко Форти не уходит, оседает за соседним столом. Закуривает, не обращая внимания на сидящую рядом беременную женщину.
– Не могли бы вы потушить? – просит она и показывает на свой выпирающий живот.
– Пересядьте за стол для некурящих, – говорит он и выпускает дым. – А лучше валите домой. Вы и так, мать вашу, всё заполонили, никуда с сигаретой не зайти!
Крупье просит его утихомириться.
– Да ты вообще знаешь, кто я? – расходится Форти. – Я тут хозяин! Мой сценарий только что купили за такую кучу денег, которая тебе даже и не снилась. А снимать будут здесь!
У меня голова чешется из-за бейсболки, и я проиграл уже девять долларов.
Крупье еле сдерживается, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Форти роняет стакан на пол, подзывает щелчком проходящую мимо официантку в блестящем купальнике и колготках и требует:
– Милая, повтори.
Она выглядит усталой. Говорит, что сейчас разносит заказы и подойдет к нему чуть позже.
– Мне насрать, что ты там делаешь! – орет он в бешенстве. – Насрать! Уловила? Я хочу водку с лаймом! Немедленно!
– Я подойду к вам, сэр…
– ПРИНЕСИ МНЕ ГРЕБАНУЮ ВОДКУ!
Она молча удаляется, а к Форти подходит распорядитель, как в фильме «Казино».
– Мистер Квинн, мы рады снова видеть вас. Надеюсь, вы приятно проводите время.
– Рокко, ты?! – вопит Форти. – Что за фигня? Было бы гораздо приятнее с большим стаканом водки с лаймом!
Пока Рокко договаривается о коктейле, Форти успевает просадить пару тысяч долларов. Я выигрываю пятьдесят два цента. Он поднимается из-за стола, я следую за ним. Ноги у меня вспотели и чешутся.
Он подходит к автоматам и занюхивает дозу. Замечает у «однорукого бандита» грустную длинноногую девицу в обтягивающем платье, подваливает к ней и дергает за волосы. Она вскрикивает.
– Какого хера? Убери от меня свои грязные руки!
– Сколько?
– Я не шлюха, мать твою! Я учительница.
– Продолжай, мне это нравится. Сколько?
Она отбивается от него сумочкой.
– Отвали, гондон!
– Слушай, детка, судя по твоему наряду, деньги тебе нужны. А что случилось в Вегасе, остается в Вегасе. Понимаешь, о чем я, сладкая?
Она плюет ему в лицо, а Форти даже не утирается. Садится за автомат и проигрывает сотню баксов. Проститутка, наблюдавшая всю сцену, подходит к нему и говорит, что не прочь повеселиться (вот куда надо было переезжать Дилайле!). Он осматривает ее с головы до ног.
– Прости, детка, я гомик.
И выписывает ей чек на сто баксов.
– Иди, сыграй в кости. Если повезет, сделаешь себе новые сиськи.
– Спасибо, малыш, – отвечает она и отходит.
Это самое ужасное место в мире. Вокруг ни часов, ни окон. И люди вокруг либо в грязных обносках, либо в дорогущих брендовых шмотках.
Форти подходит к столу для игры в кости и проливает чужой бокал. На него шикают.
– Да вы хоть знаете, что «Аннапурна» только что купила у меня два сценария? Вы, жалкие людишки?! – вопрошает он и отваливает. Никто ничего не понимает, тут вам не Голливуд.
Он снова падает за стол для блек-джека, держит в руке фишку на пятьдесят кусков. Вокруг собираются люди, чтобы посмотреть на его игру. Форти заявляет, что он известный писатель. А когда его спрашивают, один ли он, отвечает:
– С девушкой. Ее зовут Лав. Она наверху.
Я вздрагиваю.
Играет песня «Born in the U.S.A.», Форти стонет:
– Ненавижу Брюса Спрингстина! Чертов демократишка: вылез из своего гребаного Нью-Джерси и уверяет всех, что быть бедным круто. Заткните его кто-нибудь!
Крупье говорит, что ему больше нравится песня «Thunder Road».
– Ты еще скажи, что «шеви» лучше «бэхи», – отвечает Форти. – Тут как в картах. Кто-то играет на гроши, а кто-то спускает тысячи. И где, черт возьми, моя водка?
Ему никто не возражает, потому что у него бабки.
Я снова играю в автоматах и за пару минут теряю еще десять долларов. Форти сплитует десятки. Я слышу, как крупье сообщает об этом распорядителю. Зеваки ахают. Он проиграл.
В бар входят молодожены, их встречают аплодисментами. Форти встает, засовывает два пальца в рот и свистит. Жестом приказывает музыкантам замолчать. Солист смотрит на распорядителя, стоящего у двери, тот кивает. Форти и вправду тут хозяин. Он взбирается на сцену и хватает микрофон.
