Какое-то время муж тратил приданное, а когда убедился, что у Кармелы ничего больше нет, бросил ее с дочкой. Кармела вырастила Изабеллу одна, держалась до последнего, чтобы не зависеть от сестер, но отсутствие денег вынудило ее вернуться под отчий кров. Кров, который она ненавидела.
— Скажи, Филомена, сколько поместий у отца Диего? Неужели правда девять? – спросила Кармела сестру.
— Правда, правда, не считая домов, квартир и конюшен со скаковыми лошадьми, которые стоят больших денег. Если Изабелла выйдет замуж за Диего, твое будущее обеспечено, — ядовито сообщила Филомена.
— При чем тут мое будущее? – оскорбилась Кармела. – Я думаю только о счастье дочери, — она гордо вскинула голову. А про себя подумала, что отдала бы все, лишь бы Изабелл и Диего поженились.
Диего с Изабеллой были обручены уже не меньше года. Юноша был без ума от своей очаровательной невесты, а она все никак не могла решиться и назначить день свадьбы.
Однако в поместье Диего кататься на лошадях Изабелла ездила охотно. А сейчас даже захотела поехать вместе с ним на мясокомбинат. Диего учился на факультете управления, и отец потребовал от сына, чтобы тот непременно нашел себе работу. Как возможный вариант он предложил сыну поработать под началом Марселу, считая, что такая практика принесет сыну немалую пользу. И вот Изабелла вместе с Диего отправилась к Марселу.
Марселу имел привычку расхаживать по своему кабинету, изредка поглядывая в окно. Он увидел, как к воротам подъехал роскошный лимузин, остановился и из него вышел несколько полноватый молодой человек с довольно приятным, мягким лицом. Марселу узнал молодого человека, Диего, жениха своей племянницы Изабеллы. Следом за Диего из лимузина выскочила точеная Изабелла. Кого-кого, а свою племянницу Марселу узнал бы мгновенно среди любой толпы. Он следил за ней глазами, а она шла, тесно прижавшись к своему жениху, чуть опустив голову, и Марселу мрачнел все больше и больше. Молодые люди скрылись в подъезде, и тогда он вышел и отдал папку с бумагами секретарше – полной, коротко стриженной блондинке.
— Андреа, — сказал ей Марселу, — размножьте и разошлите приглашения по адресам. Я собираю совещание. – Он суховато кивнул вошедшим Диего и Изабелле. – Мне уже звонили, предупреждали о вашем приходе, — обратился он к молодому человеку. – Позвольте пригласить вас в кабинет, сядем, поговорим.
И Марселу, открыв дверь, первым прошел в нее.
— Я подожду тебя здесь, дорогой, — услышал он голосок Изабеллы и поугрюмел еще больше.
Диего вошел и закрыл за собой дверь.
Изабелла достала из сумочки конверт и протянула его Андреа.
— Что это? – спросила та, не поднимая руки, чтобы взять письмо.
— Очередное послание для тетушки.
— А может быть, хватит? – спросила Андреа прерывающимся шепотом. – Мало вам пули в плечо? Вы что, хотите его совсем прикончить?
— Не твое дело! – с недоброй усмешкой оборвала секретаршу Изабелла, и ее хорошенькое личико вдруг стало злобным и хищным. – Посмей мне только не помочь! Ты ведь знаешь, с кем имеешь дело?
— Знаю, — с тяжелым вздохом подтвердила Андреа и, взяв конверт, быстро спрятала его в сумочку.
Изабелла тем временем с видом прелестной и невинной кошечки любовалась плакатами, развешанными на стенах. Она знала, чего добивалась, и никто в мире не мог бы ей помешать!
После работы Марселу отправился не домой. Да, собственно, дома он сейчас и не жил. В ожидании, пока уляжется скандал и успокоится Франческа, он снял себе номер в гостинице. Но отправился он не в гостиницу. И не к Ане. Ану он отправил в Сорренто, куда завтра должен был лететь сам. На путешествии в Италию настояла Филомена и даже заплатила за билеты для них обоих – ей не хотелось терять ни того, ни другого, оба они хорошо служили фирме и приносили немало дохода. К тому же ей хотелось, чтобы Марселу заехал во Флоренцию и разведал, как идут дела у Романы. За это время она обещала успокоить Франческу.
А пока Марселу шел в дом, где он вырос, — в дом, где не был давным-давно. Прошлое не занимало Марселу, его занимало настоящее, поэтому он так редко и навещал тетушку Нину, которая его вырастила. Из своего раннего детства он мало что помнил. Помнил качающуюся зыбь моря, когда они плыли в Сантус, помнил свой страх и отчаяние, когда в одночасье остался сиротой. На корабле началась эпидемия какой-то страшной болезни, и отец с матерью скончались один за другим.
В Сантусе его встретила рыдающая тетка и забрала к себе в Сан-Паулу. И вот он поселился в чужом, непривычном ему доме с незнакомой женщиной, которая доводилась родной сестрой его отцу. Тетка была с ним ласкова, но уходила почти что на целый день на работу, и он играл во дворе с мальчишками и больше всех подружился с Жукой. Вскоре семейство Жуки и забрало его к себе, после того как внезапно умерла его тетка. Он не успел еще даже к ней как следует привязаться и поэтому не слишком-то горевал.
