Поднявшись на второй этаж юркнула в полутемный коридор. Слева и справа двери. Которая ждет меня? Где мне укрыться? Дернула одну – внутри топчан. Чья-то келья. Напротив – тоже самое. Торопливо миновала две двери – опять келья. Видимо этот этаж предназначен для жилья братьев.
Вернулась на лестницу и поднялась выше. Здесь сразу стало понятно, что этаж не жилой. Возле стен нагромождение предметов, бочек и сундуков. Приставленные стулья, короткая лестница.
Прола было вперед, а потом меня осенило. Зачем искать помещение, в темноте которого я могу произвести предательский шум, наткнувшись на незнакомый предмет? Сундук! Сложившись в три погибели, я запросто в него помещусь. Прикрою сверху крышкой, да и спрячусь, на тот случай, если в ночи кто сюда заглянет.
Выбрала из нескольких тот, что меньше скрипел, при открывании крышки. Пошарила руками в темноте, нет ли здесь острых предметов, или какого хлама, что помешает мне спрятаться? Нет, сундук оказался пустым.
И в этот момент ударил колокол. Молитва закончилась.
У нас после вечерней молитвы, люди подходили на благословение к храмовникам и дальше, не задерживаясь покидали храм.
Правила, со слов брата Тосны для всех одинаковы. Следовательно, примерно час всех будут благословлять, затем отправятся в трапезную. Там могут задержаться на неопределенное время, если появится тема для обсуждения, а могут перекусив, отправиться по своим делам.
К этому времени опустилась кромешная темнота. Даже узкие проемы окон на лестнице не пропускали свет.
Я прошла несколько раз расстояние от лестницы до своего убежища. Потренировалась как быстро и главное тихо в нем укрыться. Сколько это заняло времени? Час? Меньше? Ох, и долго тянется время в ожидании.
Вернулась на лестницу и присела на верхнюю ступеньку.
Мысленно обратилась к отцу Киприано:
«Отче, я на пути к цели. Сижу, выжидаю время, когда все уснут. Как вы и наставляли»
Чем мои сейчас заняты? Перекусили и разошлись по кельям? Или собрались в храме на молитву за меня?
Тут снизу послышались голоса и шум. Я поднялась и заняла место ближе к коридору со своим убежищем.
– Брат Крешно сам виноват. Не стоило ему опаздывать на молитву. – говорил молодой голос.
– Так ведь он послушание выполнял, – спорил с ним другой, постарше.
– Не нам с тобой обсуждать решение отче Хорекса. С другой стороны, давно подмечено, что брат Крешно может спать даже стоя на молитве. А уж в пустом храме, он не хуже нас выспится.
Обрывки фраз слышались все тише. Монахи свернули к кельям на втором этаже. Значит и мне можно вернуться на свой пост.
О ком они говорили? Уж не тот ли это монах, с кем столкнулась в дверях? И его отправили на ночь в храм? Спасибо, братья, что предупредили.
Потом монахи стали подниматься группой, и все переговаривались, но главное я уловила – брат Крешно отправлен на всю ночь молиться в храм.
А затем послышались одинокие шаги и тяжелые вздохи. Я заняла свое стартовое место, и оказалось, что не зря. Шаги не свернули в коридор второго этажа, а продолжили подниматься.
Затаив дыхание, и не касаясь пола домчалась до убежища. Крышку закрывала медленно, стараясь не создавать лишнего шума. Она все же немного поскрипывала. При этом оставила щель, для наблюдения за обстановкой.
Вначале темноту коридора пронизал колыхающийся свет. Он приближался, но источник мне не видно. И вот мимо прошел храмовник в сутане. Шел, и вздыхал, бормоча что-то еле слышно. А может молитву читал? Не разобрать.
Свет начал удаляться, затем послышался скрип двери и коридор опять погрузился в темноту.
Выждала несколько мучительно длинных минут. Монах не возвращался.
Здесь два возможных варианта развития событий. Первый – он пришел что-то взять, и затем уйдет спать. Этот вариант наиболее благоприятный для меня.
И второй – он пришел на всю ночь. Такое случается в монастырях, когда требуется выполнить срочную работу. Например, когда нас в поездку собирали, несколько братьев до утра шили одежду для разбойников и мирскую для своих.
На сколько в таком случае задержится здесь храмовник? На пару часов, или пока всю работу не сделает, или вовсе до утра?
Мне такое соседство ни к чему. Во-первых, долго находиться в скрюченном состоянии нельзя. Затекают мышцы и я не смогу выполнить миссию, возложенную на меня.
Во-вторых, мне нужно смотреть за окном и не пропустить начало рассвета. А если ему вздумается идти в этот момент? Как мы разойдемся в коридоре? Этот этаж последний, выше не убежать. Вниз – тоже не вариант. Потому как мне следует спускаться медленно, прислушиваясь к звукам, и не поднимая лишнего шума.
Сейчас я уйти не могу. Ну же храмовник! Ты понимаешь, что не оставляешь мне выбора? Придется тебя нейтрализовать, коснись чего?
Тело начинало затекать. Монах не возвращался. Ну что же. Я умываю руки.
Медлено подняла крышку. Прислушалась – тишина. Вылезла из сундука. Постояла, дожидаясь пока по венам растечется кровь. По правой ноге все же побежали иголочки. Отлежала.
Спутал мне монах все планы, ну да ладно. Пойду поищу двери, за которыми он скрылся.