Петровский бульвар плавно перешел в Страстной. Будь Василиса здорова, то обязательно бы рассказала, что бульвар является самым широким на Бульварном кольце, поведала бы интересную историю о нем, обязательно бы рассказала о том, что большую его половину занимал Страстной монастырь, который снесли почти столетие назад. Она бы обязательно поведала про памятник Пушкину, Твардовскому, Рахманинову, Высоцкому. Очень не хватало этих историй, которые не всегда запоминались, а иногда откровенно раздражали и казались ни к месту. Сейчас бы пилот многое отдал, чтобы услышать какой-нибудь бесполезный, но интересный факт о Москве.
Невысокие дома прошлого и даже позапрошлого столетия почти не сохранились, некоторые из них и вовсе разрушились. Для города, который меньше десяти лет без людей, это было странно и неправильно. Да, все постройки без поддержки человека были запущены, не знающие косметического или капитального ремонта, но в большинстве случаев сбереглись даже стекла в окнах. А Страстной, словно попал под бомбардировку.
– Здесь несколько лет назад похозяйничала сейсмическая аномалия, – заметив нескрываемое удивление на лице Евгения, пояснил офицер. – Поэтому райончик и выглядит так удручающе. Большинство домов до конца не разрушились только чудом, но это дело времени. Недолгого.
– Ложись! – два мужских голоса – Виктора и Марио, – слились в один крик. Сталкеры одновременно заметили открытое нараспашку окно и отблеск прицела снайперской винтовки. Опрометчивый и глупый поступок стрелка спас им жизнь.
Оттолкнув в сторону растерявшуюся хакершу, офицер потерял драгоценные секунды. За чужую ошибку пришлось отвечать капитану. Пуля, выпущенная из снайперской винтовки с крыши соседнего здания, вошла в плечо, разорвала мягкие ткани, чудом не задев кости, и застряла в теле.
– К переходу! – закричал Марио, который первый сориентировался на местности.
До него было метров пятьдесят по открытой местности. Всего лишь перебежать две дороги, где, как на зло, почти не было автомобилей. Да и не спасли бы они от стрелка.
Выстрел – бетонный фонтанчик выбило под ногами Марио. Сталкер отскочил в сторону, побежал по дороге зигзагами, на ходу доставая из кармана небольшой цилиндр. Разогнавшись, чтобы перепрыгнуть электрическую аномалию, огибать которую не было возможности, Марио неудачно приземлился, брусчатка под его ногами разъехалась. Сталкер взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, и в этот момент он оказался идеальной мишенью для стрелка. Пуля, впущенная со скорость восемьсот тридцать метров в секунду, разрезала воздух и нашла свою цель. Бойца отбросило назад, Марио сломанным манекеном рухнул на спину. Из рук его выпал картонный цилиндр желто-коричневого цвета и весело покатился по земле, заволакивая все вокруг дымовой завесой.
– Виста! – Женя схватил за руку растерявшуюся хакершу.
То, что офицер ранен, понять девушка не успела.
– С Васей бегом в подземку! Живо!
Подтолкнув Титову к Висте, пилот подскочил к капитану. Он его уже не видел, просто двигался по памяти и налетел на него.
– Живой, – опережая вопросы, бросил на ходу Киконин. – Там Марио. Его подстрелили.
– Видел. Веди.
В сером дыме самим было опасно потеряться, еще страшней – попасть в аномалию. Если у стрелка есть тепловизор – то несущая в себе смерть свинцовая пчелка вот-вот их догонит. Фролов старался об этом не думать. Страха не было, его вытесняли злость и гнев, давно засевшие внутри. Но гнев его был основан на расчете, поэтому он был опасней слепой ненависти, которая только мешает и толкает на безрассудство. Гнев не противоречил разуму. Он стал оружием, толчком, он двигал вперед, а не зарывал под землю.
– «Тесла» впереди! – крикнул офицер.
Передвигающегося по непредсказуемой траектории Киконина пилот терял несколько раз. Офицер резко забрал влево, а пилот по инерции проскочил вперед. Остановившись на самой границе электрической аномалии, Евгений замер. Волосы поднялись дыбом, закололо ладони, по телу пробежал мощный электрический импульс, забилось в сумасшедшем ритме сердце. Ощущения не из приятных, но еще один шаг – они бы увеличились многократно и в лучшем случае – пилот бы сгорел заживо.
Не переводя духа, Евгений сделал шаг назад, осмотрелся. Ничего.
– Витя! – позвал парень офицера, однако, услышав тяжелое дыхание, развернулся и ринулся на звук.
Над лежащим на земле Марио склонился капитан. Стащив тактическую перчатку, парень положил ладонь на горло и замер.
– Живой, – вынес вердикт офицер. – Помоги мне.
Посадив сталкера, капитан ловко расстегнул все карабины тяжелого рюкзака, а Женя его стащил. Про ствол, слетевший с плеча при падении, никто не вспомнил. Напарники, не позволяя Марио завалиться, положили его себе на плечи.
– На счет «три» встаем. Раз, – они сели на корточки. – Два, – напрягли мышцы. – Три.
