Статья опубликована в газете «Дуэль» N8 (203) 20 февраля 2001 г.
Эта борьба проходит по Нижнему Новгороду, оплоту Немцова, Кириенко, Явлинского, которые на предстоящих губернаторских выборах станут вновь «продавливать» Склярова, этого нижегородского Чубайса. Мы же поддержим патриота Ходырева. Нам нравится этот русский хозяйственник и политик, бросающий вызов Чубайсу. Нравится его сын - художник, чья картина с мистическим русским отроком, держащим две негасимых свечи, висит в моем кабинете на утешение патриотов, на посрамление врагов.
Посрамлять врагов не победами над ними, а отроком с двумя свечками - это, безусловно, сильный ход!
Боевитая «Дуэль», в отличие от оппортунистических и вялотекущих патриотических изданий, пытается поднимать боевой дух униженных и оскорблённых, возгревать в их сердцах «ярость благородную» к поработителям и просто буржуям и устами одного из своих авторов призывает к «борьбе с транснациональными корпорациями». Спору нет: заниматься мобилизацией (хотя бы и виртуальной) куда лучше, чем петь заунывную и жалостливую песню нищих (на мотив «Господа хорошие, подайте копеечку»), на чём всегда специализировалась «Советская Россия». Но, с другой стороны, разве можно считать доказанным, что наша нынешняя ситуация во всём подобна предреволюционной ситуации октября 1917 г., когда такого рода мобилизация была и своевременна, и оправданна? Нет, я не собираюсь говорить о политическом и экономическом аспектах нынешнего состояния (тут и без меня желающих высказаться пруд пруди), но постараюсь лишь рассмотреть известную фразу про то, что «верхи не хотели, а низы не могли» в её, так сказать, этическом аспекте.
Так вот тут, господа-товарищи, сразу же возникает вопрос: где у нас здесь верхи, а где низы? С одной стороны, вроде бы и без того всё понятно: коль скоро общество у нас поляризовано, то в нём есть и богатые, и бедные, которым, по идее, «нечего терять, кроме своих цепей». Однако кажущаяся простота этого политэкономического постулата испарится сразу же, как только мы попытаемся разглядеть и установить ту границу, которая решительно отделяет «богатых» от «бедных». Не будем тревожить тени уже и без нас потревоженных властями олигархов (впрочем, заметив в скобках, что их «богатство» на фоне состояний подлинных хозяев «транснациональных корпораций» вряд ли имеет существенное значение) и потому обратимся к более доступной рядовому обывателю шкале доходов, опубликованной, к примеру, в одной газете. Нижнюю строку в ней занимает воспитатель детского сада с ежемесячным доходом в 16 у.е. (чтобы не говорить «долларов»), а верхнюю - коммерческий директор с 3500 вышеозначенных условных единиц. Ну, казалось бы, ясно: воспитатель - это в чистом виде представитель «бедных», а коммерческий директор - «богатых». Хорошо, ну а как же тогда классифицировать тех, которые занимают в этом списке средние места? Человек, получающий, к примеру, 400 «зелёных», - он кто, бедный или богатый? С одной стороны, гипотетическая воспитательница будет ему смертельно завидовать, считая его «новым русским», тогда как гипотетический коммерческий директор будет презрительно кривить губу и считать его голодранцем. И так - по всем бесконечным и бесконечно подвижным уровням этой пирамиды доходов: всякий - каким бы финансовым статусом он ни обладал - всегда будет завидовать вышестоящему и презирать нижестоящего. Тот же, кто стоит, как нам кажется, на самом верху имущественной пирамиды, оказывается лишь лакеем вышестоящего собственника, капиталы которого он вынужден обслуживать.
