– Эй, Пирс?! – кричит Дженна, подлетая к нам. – Можешь мне объяснить, почему на этой новой страничке нет моего имени?
– …Э-э-э, потому что никто…
– Потому что записок с ним было так много, что мы просто не могли определиться с выбором! – перебивает меня улыбчивый Оливер.
– Много? – загораются глаза Дженны.
– Оу, да! – киваю я, поняв замысел Оливера. – Каждый день вот такие стопки писем и большая их часть посвящена тебе.
– Есть признания?
– И признания, и пожелания и жалобы! – отвечаю я, бросив короткий взгляд на Келли, возмущение которой окрасилось новыми красками.
Учитывая недалекость Радж, компенсируемую разве что яркой и привлекательной внешностью, я уже предполагаю, о чем она собирается меня спросить.
– А я?
В точку.
– Келли, тебе грех жаловаться! – говорю я с наигранным вздохом. – Твое имя стоит последним на странице, а это значит, что оно непременно запомнится читателю. Да и к тому же, понятно ведь, что написала всё это какая-нибудь завистливая девчонка, которой ого-го как далеко до тебя, и единственное, что она может – калякать тайком вот такие обзывалки.
– Холли, обещай, что в следующем выпуске ты обязательно опубликуешь что-то обо мне? – хватает меня за руку Джинна.
– Если твое имя будет пользоваться такой же популярностью, что и сейчас, то конечно. И меня зовут Хейзи.
Келли подходит ко мне ещё ближе, двинув Джинну плечом.
– Но ведь ты опубликуешь и обо мне что-нибудь, верно? – улыбается она. – Хочу посмеяться над мыслями неудачниц, которые хотят быть похожими на меня.
– Непременно.
Когда они уходят, – две противоборствующие за власть и положение «подружки», – Эмма тихонько хлопает в ладоши, а Лесли поднимает большие пальцы вверх.
– У нас получилось, – радуется Оливер. – Задурили голову самым популярным девчонкам школы и сделали так, что наша некогда увядающая газета стала обретать бешеную популярность.
– Только поглядите, – говорю я, обводя медленным взглядом старшеклассников, – все читают её и смеются! Если честно, до последнего сомневалась в этой идее, но теперь…
– Пирс?!
– А ты сегодня, как никогда популярна, – шепчет Оливер.
Директор Флорес стоит над круглой аркой и жестом подзывает меня к себе.
– Отлично. Теперь ещё и Флорес нужно задобрить, – с неохотой поднимаюсь я на ноги.
– Удачи! – шепчет Эмма. – Мы держим за тебя кулачки.
– Спасибо.
Интересно, каким образом я буду убеждать директрису в значимости нашей газеты и полезности «Волшебной коробки», если теперь у всех появилась возможность не только признаваться в любви друг другу, но и покрывать не самыми лестными словами?
– Мисс Пирс, – обращается она ко мне с напряженной улыбкой спустя несколько минут, – полагаю, вы понимаете, почему я вызвала вас?
– Полагаю, всё дело в новом выпуске SchoolNewsLake! – отвечаю я с фальшивой радостью. Сажусь в кресло перед ней и послушно опускаю ладони на колени. – Не правда ли, он отличается от всех предыдущих?
– Мисс Пирс, я высоко ценю ваше желание заниматься школьной газетой и сделать из неё достойного внимания учеников и преподавателей издание, однако новшество, которое вы не соизволили обсудить с директором, превращает всю старшую школу Гринлейк в какой-то сумасшедший дом. Как вы позволили опубликовать столь нелестные слова о себе, мисс Пирс?
Оливер прав, Аманда Флорес хорошенько прокачала свой упругий зад за это лето. Пока она ходит туда-сюда с выражением не самым доброжелательным, я с трудом могу оторвать глаза от этих внушительных форм, которые с таким же трудом старается удержать узкая трикотажная юбка.
– Мисс Флорес, могу я быть откровенна с вами?
Женщина, чьи светлые волосы всегда собраны в элегантный пучок, останавливается у своего широкого кожаного кресла и часто моргает, глядя на меня во все глаза. Я нарочно вздыхаю и опускаю взгляд.
– На самом деле, я и не надеялась, что «Волшебная коробка» будет пользоваться таким большим успехом. Понимаете, современная молодежь, выросшая в эпоху продвинутых технологий, перестала верить в простые, но по-своему чудесные вещи. Думаете, «Волшебная коробка» – это отчаянный способ хоть как-нибудь удержать на плаву SchoolNewsLake? Полагаю всё дело во мне самой. Извините, если моя излишняя романтичность доставила вам некоторые хлопоты, но я всего лишь хотела, чтобы ученики старшей школы Гринлейк, наконец, увидели жизнь с другой стороны. Мы ведь каждый день просиживаем штаны в «Инстраграм», на «Фейсбуке», в «Вотсапе»! О нас известно всем и каждому, даже какого цвета наша пижама и нижнее белье! Порой хочется подойти к своему обидчику и громко спросить: «Эй, парень? Кто позволил тебе так обращаться с девушками?»
– Как? – вытаращивает мисс Флорес свои голубые глаза и плюхается в кресло.
Прочищаю горло и выразительно-театральным тоном продолжаю:
