— Знаете, что я вам хочу сказать? Вам сегодня крупно повезло. Вот эта штучка — инфракрасный целеуказатель. Её помещают в то место, куда потом должны попасть ракеты. Выходит, убить хотели именно вас, или одного из вас. М-да… Происходящее становится всё интереснее и интереснее. Пойдёмте-ка со мной в Главный корпус. В кабинете стратегического планирования нам не помешает никто.
Ну, что ты обо всём этом думаешь, Дита? — вполоборота повернувшись к длинноногой девице, спросил седой после того, как бывшие гладиаторы после «допроса» отправились навестить Ирину, наверняка встревоженную близкими утренними взрывами.
— Пока сложно сказать что-то определённое. Но кое-какие обнадёживающие признаки есть.
Да, нападение на
Как и сегодняшние утренние события — тоже. У этого землянина, как ты понимаешь, в Городе Богов гораздо больше врагов, нежели друзей, его смерти хотят многие. Ты не хуже меня знаешь, какими были ставки на то, сможет ли этот смертный покинуть планету, особенно тогда, когда они со своим приятелем повторно собрались к Храму Ока Богов. Многие из-за упрямства и везучести Заречнева потеряли очень большие капиталы. Очень большие.
— Их никто не заставлял ставить на проигрыш…
— Да, это так. Но всё же желающих отомстить ему от этого меньше не стало. Но вот что интересно. Если эти два события — уничтожение транспортника и сегодняшний налёт — рассматривать не по отдельности, а объединить, как у вас говорят на Земле — «в одно производство», интересная картина может получиться.
— И какая же?
— Тысячи полторы лет назад у богомолов родился прорицатель. Ну, что-то вроде вашего Нострадамуса. Медиумы, как ты знаешь, они и так очень сильные. Но этот выделялся даже среди них. Так вот, среди его многочисленных пророчеств было и такое. Погоди-ка, попробую по памяти воспроизвести перевод. «Зелёная стрекоза летит над планетой. Гибель живому она несёт. Рушатся планы. Меняется равновесие, строимое многими поколениями кланов и родов». Там было что-то ещё… У меня есть полная запись его пророчеств. Сделанная, кстати, им собственноручно. Богомолы тогда ещё не строили планов по вытеснению людей с Геи. Бессмертные и люди могли свободно посещать их планету.
А потом у них произошёл переворот. Новая власть наглухо закрыла все границы. О том, что они всерьёз вознамерились колонизировать Землю, мы поняли только после того, как от чумы в Европе умерло более сорока миллионов человек.
Сейчас режим на планете богомолов стал более открытым. Но это никак не отразилась на их планах по поводу Земли.
Так вот, если богомолы по каким-то своим признакам определили, что один из наших новых рекрутов — та самая «стрекоза», которая разрушит их планы по колонизации Земли, они всеми силами и средствами будут стараться уничтожить его, а может — и весь набор.
Но если это так, и наши противники правы, то нам, в свою очередь, нужно стараться помешать им. Помешать и постараться понять, каким образом человек или драк могут разрушить систему, складывавшуюся тысячелетиями. Если, разумеется, такое возможно вообще.
— И что ты предлагаешь?
— Судя по тому, насколько точным был удар с самолёта, богомолы, или те, кто стоит за этим актом, несомненно, узнали, что их первоначальный план не сработал; узнали, что будущий рекрут не только выжил, но и находится здесь, на Главной Базе. Если они узнают, что он выжил снова, повторной атаки не избежать. А ты не хуже меня знаешь, что это такое — окончательное решение. Базу просто сравняют с землёй. А вместе с ней — и нас с тобой. Не посмотрят ни на твой статус, ни тем более — на мой.
— Ну, и какое будет решение?
— Мы все сегодня же перелетаем в школу подготовки пилотов. Там мы будем в большей безопасности.
— А база?
— Базу, возможно, придётся перенести в другое место. И как можно скорее.
Ирину бывшие гладиаторы переложили на носилки, бережно повезли к большому транспортному самолёту. Брюхо у транспортника разъехалось в стороны, пропуская пассажиров. Как только бывшие гладиаторы пронесли свой драгоценный груз внутрь, створки сомкнулись. Мерно и высоко засвистели двигатели, судно оторвалось от поверхности, унося людей и драка подальше от негостеприимного места.
Летели долго — несколько часов. Сашка и Ирина даже задремали под мерный вой моторов транспортника; Ар'рахх спать не стал. Он переместился в дальний от пилотов и раненных рекрутов угол, вжался спиной в холодный металл, покрепче сжал в трёхпалой руке стреломёт. Весь его вид говорил: если в самолёте на его друга попробует кто-то напасть, ему хватит и доли секунды, чтобы достать стрелу из колчана за спиной и отправить её точно в обидчика.
Встречать новеньких высыпало всё население лётной базы. Заречнев затруднился определить — сколько именно. Может быть, людей, облепивших самолёт, было сто пятьдесят, а может — и двести.
