— Еще раз увижу что-нибудь такое, отрежу уши! — так же спокойно пообещал «деду» мужчина. — Вместе с головой! Борец быстрым шагом покинул столовую.
Крепкий подошёл, не глядя на бывших гладиаторов подобрал клинок, так ничего и, не сказав, пошёл к выходу.
— Кто это? — поинтересовался у Макса Сашка после того, как захлопнулась дверь за незнакомцем.
— Это? Это наш новый инструктор. Женька Дягилев.
— Инструктор по чему? По рукопашке, что ли?
— Нет, по полётам. На тяжёлых истребителях-штурмовиках. Ну, тех, которыми сразу по два пилота управляют. Знаешь, какие это дуры? Во! — он развёл руками, показывая, какого размера «дуры» — истребители.
— А ты откуда знаешь? В нашем ангаре таких нет.
— Зато есть в других.
— И как ты туда попал?
— А это неважно! В ангаре тяжёлых истребителей есть здоровенный генератор. Он всё время тёплый, почти горячий. Знаешь, как около него хорошо бражка вызревает? — он засмеялся и ушёл из столовой. Сашка и Ар'раххом снова остались одни.
— Зачем ты меня остановил? — спросил драк, сжимая и разжимая свои страшные трёхпалые клешни. — Я просто разорвал бы его на части.
— Вот поэтому и остановил! Чем меньше людей пострадает от тебя, тем выше шанс, что тебя не убьют где-нибудь исподтишка.
— А тебя — не убьют?
— Я — человек. Мне могут простить то, что никогда не простят тебе. Хотя за желание помочь — спасибо, конечно. Я перед тобой в долгу.
А знаешь, этот Макс меня на одну мысль натолкнул. Помнишь его первый «полёт» на симуляторе?
— Если честно — не очень. Для меня все люди — на одно лицо.
— Ну, да. Я опять забыл. В общем, суть вот в чём. Когда он «взлетал», то он так двигателями двинул, что его виртуальный самолёт едва не совершил в воздухе кувырок.
— Ну да, что-то такое припоминаю. Помню, все тогда чего-то смеялись. Ну, а при чём здесь мы?
— Мы? А мы очень даже при чём? Знаешь, почему у него кувыркнулся истребитель? Потому что изменился вектор тяги двигателя.
— Ну, и что?
— А что, что если мы изменим вектор тяги моторов, то значительно повысим манёвренность самолёта.
— Возможно. Но как это сделать?
— Вручную. Мы же отклоняем двигатели на посадке? Отклоняем? Тогда почему бы это же не сделать во время полёта?
— И ты знаешь, как это делать?
— Нет. Но будем пробовать!
— Как?
— Как, как? Ты как ребёнок, Ар'рахх. Способ тут только один — метод научного тыка. Что это за метод, зелёный верзила уже догадывался. Поэтому и спросил:
— Как у тебя настроение?
— А что? Хочешь испортить?
— Нет. Но придётся.
— Что ты опять удумал, зеленокожий брат мой?
— Идея в твою голову пришла хорошая. Но неплохо бы её сначала опробовать на тренажёрах.
— Что, прямо сейчас?
— А когда? Завтра с утра — полёты. Снова будем гонять этого чёртову железную птицу.
— Да! Тут ты прав! Пошли!
Отец Диты был очень рад встрече с дочерью. Много лет назад Дону, тогда еще очень молодому учёному, сказочно повезло. Причём повезло — дважды. Первый раз — когда он повстречал девушку, очень скоро ставшую его женой, второй — когда ему и его молоденькой жене за его гениальные научные открытия разрешили завести ребёнка — вне очереди.
Дита росла очень ласковым, любознательным ребёнком. Дон очень много времени возился с единственным чадом, родители дали ей прекрасное образование.
У Диты оказались внешность и характер матери. Любознательность сочетались в ней с непоседливостью, ласковость — с требовательностью и даже жёсткостью.
Примерно восемьсот лет назад неожиданно погибла мать Диты — нелепо, возвращаясь в Город Богов из какой-то краткосрочной поездки. Их космолёт настиг спонтанный выброс плазмы с поверхности светила. От корабля не осталось даже оплавленного кусочка металла или керамики — всё превратилось в космическую пыль. Обычно всплески активности центрального светила «родной» звёздной системы заранее прогнозировались, но тут…
Через год в чьи-то семьи в Городе Богов пришёл праздник. Здесь родилось два крохотных элоя — «замена» погибшим бессмертным.
Отец безумно любил мать Диты. Любил так сильно, что после её гибели ни разу больше не женился.
Дон назначил дочери встречу в своей прибрежной вилле, расположенной на восточном побережье Океана — именно так незамысловато и просто на планете бессмертных именовался «водоём», омывающий со всех сторон единственный континент Города Богов. Давным-давно множество мелких, средних и крупных городов слились в единый мегаполис, который они назвали опять просто и незамысловато — Город Богов.
Отец сидел в плетёном кресле на большой открытой мансарде, обращённой к побережью. Дита знала — это его любимое место. С тех пор, как отец вернулся с Геи, он полюбил прибой; мог часами сидеть и смотреть на волны, накатывающие на пологий песчаный берег.
Дон не обернулся, заслышав шаги дочери в глубине дома. Дита знала эту привычку отца и никогда не обижалась. Она прошла по мансарде, присела в соседнее кресло.
Сын и дочь долго молчали; было уже понятно, что разговор лёгким не будет. Начинать не торопился никто.
— Я слышал, у тебя — новый набор. Транспорт привёз очередную группу новобранцев. — издалека начал Дон.
— Да, всё как обычно. А почему тебя это интересует?
