- Иди это глухой бабке расскажи! "Рычаг локтя в треугольнике" - афтае хуыйны! (так называется! (Осет.)) При чем тут башка?!
Всезнайка притих и вроде даже уменьшился в размерах.
- Его б сюда, а? - мечтательно проговорил Рижий.
- Кого? - спросил Хаш.
- Емельяненко. Хамид бы его через бедро кинул. Ты ж борешься, Хамид?
- Я слышал, он у нас под Фиагдоном был и двоих черных избил, - сказал Бесик.
- Кто? Емельяненко? - спросил Хамид.
- Ну.
- Каед? (Когда? (Осет.)) - спросил Суплекс недоверчиво.
- В прошлом году, - сказал Бесик. - Пристали к нему двое: о, живой Емельяненко, давай, мол, поспарингуем! Так надоели - он их обоих выстегнул.
- Зачем Емельяненко в Фиагдон ездить? - спросил Руха с сомнением.
- На сборы, - предположил Хаш. - Или на курорт.
- Я ж говорил, что русские - звери, - сказал Рижий.
- Зато у нас есть боксеры, - сказал Хамид. - Бетербиев, Байсангуров, Альбиев...
- Альбиев - борец, - возразил Суплекс уверенно.
- Он боксировать тоже умеет, - сказал Хамид. - Я видел.
- Тогда я с Емельяненко по-братски здороваюсь! - заявил Хаш. - Ай йае ма! - шутливо пожаловался он вдруг. - Бафаелладтаен уже ацы цаецаейнагаей! (Мать его! Задолбал уже этот чеченец! (Осет. с русск. вставкой.))
Все, кроме Хамида, засмеялись.
- Ты че-то про меня сказал? - спросил Хамид нехорошим голосом.
- Не! - простодушно отозвался Хаш. - Говорю, люблю чеченских боксеров.
- Я тоже могу сказать по-чеченски, - проговорил Хамид.
- Ты с дневальным так общаешься, да? - спросил его Рижий. - Он понимает?
- Когда я пьяный, я даже с офицерами разговариваю по-чеченски, - заявил Хамид.
- И они понимают? - спросил Рижий.
- Научились.
- А сейчас вариант бухнуть? - спросил Бесик.
- А воздух есть?
- Скинемся, - сказал Бесик. - Да? - поинтересовался он у остальных. - Тут цены как - нормальные?
- Нормальные, - сказал Хамид. - Только кто пойдет?
- Ты, - сразу сказал Бесик. - Мы ж здесь ниче не знаем.
- Я не пойду, - отрезал Хамид.
- Почему? - спросил Бесик с невинным видом.
Хамид промолчал.
- Ему впадлу, - вслух предположил Руха и, судя по всему, угадал.
- Омае (Здесь: тогда... (Осет.)) пусть дневальный сгоняет, - предложил Бесик. - Или еще кто...
- Хочешь, чтоб меня посадили? - усмехнулся Хамид.
- А че такого?
- Там их или ограбят, или украдут. При мне одного даже убили.
- Срочника - убили? - переспросил Суплекс.
- Да, - сказал Хамид. - Пошел в банк получать перевод, а на обратном пути - зарезали...
Мы снова примолкли, а Хамид продолжал:
- Я потом на опознание с ротным ездил. У него знаете, че в карманах лежало? Фантики от конфет. Ему за три дня до этого посылка пришла, он ее заныкал и хавал потихоньку. А чтоб фантики не видели, совал их себе в карман. Потом выбрасывал. Так и умер с фантиками.
К обеду явился в дупель пьяный Али и сообщил, что сегодня в столовую нас не пустят.
- Почему? - возмущенно спросил Бесик.
- Потому что мы не поставлены на довольствие, - ответил Али. - И потому, что нас не хотят ставить на довольствие.
Потом он поманил за собой двоих парней посговорчивей, и вскоре они принесли три картонных коробки, в которых оказались сухпаи. Нам выделили пятнадцать пачек, чтобы протянули до завтрашнего утра. Помимо каши двух видов и тушенки, в сухпаях обнаружились отвратительные галеты, которые никто не ел. Про плавленый сыр с паштетом молчу - они исчезли сразу и навсегда. И так как дисциплины у нас не существовало в принципе, после первого же приема пищи намусорили мы порядочно, и то, что надобно было растянуть до утра, мы оприходовали за час.
Появился товарищ майор, оглядел кучи мусора, среди которых мы валялись, и сказал с какой-то обреченностью:
- Вы не вы, если не насвинячите...
- Товарищ майор, разрешите обратиться? - подал голос Бесик.
- Обращайся.
- А вон тому караульному патроны хотя бы выдают?
Майор покосился в указанном направлении и ответил:
- Выдают.
- Боевые?
- Боевые.
- А он имеет право стрелять?
- Да.
- А в майора?
Поднялся хохот. Товарищ майор сдержанно усмехнулся - как-никак шутка была удачная, - потом подозвал обедавшего с нами Али, сказал ему что-то вполголоса и, не прощаясь, ушел к воротам КПП. В город, надо полагать. Обернувшись, Али сообщил, что мы только что профукали возможность ночевать сегодня под крышей. Все были донельзя сыты, поэтому новость эту восприняли как авиакатастрофу где-нибудь в Таиланде.
Время тянулось очень медленно. Валяться просто так быстро надоело. От нечего делать самые шалые разбрелись по части в поисках приключений. Другие решили поприкалывать солдатиков Хамида. Третьи принялись знакомиться с офицерскими дочками. Четвертые боролись. Выглядело это даже для нас самих неестественно. Мимо строем, в ногу, шагали подпоясанные, приглаженные, постриженные военнослужащие. Те, кто шли в одиночку, обязательно отдавали каждому встречному офицеру воинское приветствие. Мы же - небритые, обросшие, в майках, с подвернутыми штанинами, в тапках, без носков, говорили не по-русски, орали, хохотали и, в шутку шугая, кидались на солдатиков.
